Чарли понятия не имела, что сказать. Если Реду суждено стать Реми Винсентом Карвером с безлимитной банковской картой и частным самолетом, то его истинная суть должна оставаться в секрете. Вот только Рэйвен его уже раскусила и сможет шантажировать.
– Что – я?.. – повторил Ред, привлекая ее внимание.
Рэйвен потерла глаза. Ее коричневую кожу покрывали татуировки: изображения роз, черепов, нескольких богинь, а на внутренней стороне левой руки красовалась фраза «El arte es largo y la vida breve» [6]. Заколка не справлялась с тем, чтобы удерживать ее огненно-рыжие волосы, которые изрядно растрепались. Тем не менее по пути к кладовке, где хранилась метла, выглядела она на удивление спокойно.
– Ты это он, тот самый Мрак, о котором все говорят.
– Я на привязи, – заметил Ред, указывая на пол. – Значит, никакой я не Мрак. – Опутанная сеткой тень в его руках продолжала извиваться.
Рэйвен рассмеялась.
– И педант к тому же. Понятия не имею, кем это тебя делает.
Чарли нашла в шкафу стяжки и с их помощью закрепила тень в сетке. Она каким-то образом стала плотнее и меньше – размером примерно с разъяренную рысь.
– Откуда эта штука взялась?
– Не знаю. Я и не подозревала о ее присутствии, пока она не оказалась внутри. Я нарисовала круг с помощью ониксовой пыли и насыпала еще немного рядом с собой, чтобы, если она попытается перепрыгнуть через барьер, бросить в нее горсть и ударить молотком.
– И как, пыталась?
Сметая оникс в совок, Рэйвен сделала жест, который Чарли не смогла интерпретировать.
– Иногда мне начинало казаться, что он собирается это сделать. Он странно извивался, как кошки перед прыжком. Но нет.
– Допускаем ли мы, что это существо – тень животного? – спросила Чарли, взглянув на Реда.
Он отрицательно покачал головой.
– Оно не помнит, что когда-то принадлежало человеку.
– Темноделы иногда придают своим теням форму животных, – подсказала Рэйвен. – Тигров, волков или кого-то еще. Может, это как раз такой случай.
Как бы Чарли ни пыталась, не разглядела в извивающемся существе ничего человеческого. Оно зашипело на нее.
– Что еще оно делало? Просто бродило вокруг?
Рэйвен кивнула.
– Передвигалось по комнатам, крадучись, словно кровь сделала его более сознательным, или что-то в этом роде. Может быть, оно ощущало себя бодрее, не знаю. – Она взглянула на Реда, сомневаясь, не оскорбляет ли его своими словами, ведь, по всей вероятности, он знает это чувство.
Он не поправил ее и не вмешался.
– Тень точно любопытствовала, – продолжила Рэйвен. – Я не могла понять, хочет ли она меня съесть или нет, но она снова и снова возвращалась ко мне, иногда обнюхивая края круга, иногда наступая на него. Всякий раз, когда я замахивалась молотком или издавала громкий звук, тень отступала, но ненадолго.
Чарли представила, как Рэйвен сидит на полу в ожидании, пока тварь соберется с духом. Надеясь, что кто-нибудь вовремя подоспеет на помощь.
– Извини, мы не смогли приехать раньше.
Рэйвен покачала головой.
– По крайней мере, у меня было представление, как себя защитить. Возможно, я сумела бы одержать верх в драке. Я же альтерационист, в конце концов, то есть не совсем беззащитна. Но эта сущность способна проникнуть в любой дом. Может быть, она так и делала.
Чарли подумала о церковном подвале, который они только что покинули.
– Их количество возрастет, – зловеще изрекла Рэйвен. – Теперь больше людей знают о теневой магии и замечают, когда их тень оживает. Больше людей знают, как кормить свои тени и усиливать их. И многие слишком ленивы, чтобы творить собственную магию. Им нравится мысль о том, что тень может действовать сама по себе.
В ее голосе отчетливо звучало неодобрение.
[6] Жизнь коротка, искусство долговечно (испанская пословица).