— Я уже говорил тебе, Принц. Ты не должен меня благодарить.
— За Королей и Злодеев.
— За Королей и Злодеев.
Адриан едва выходит за дверь, как я поворачиваюсь к Розе и двигаюсь, чтобы жадно поцеловать её.
Именно тогда дверь открывается снова, блять.
На этот раз, когда я поворачиваюсь, чтобы сверлить взглядом того, кто это, моё тело напрягается, а Роза резко вздыхает.
Но прежде чем я успеваю сказать или попытаться сделать что-либо, Арес Дракос поднимает руки ладонями вперёд, примирительно.
— Я просто поговорить.
Я сверлю его взглядом. Даже без Атласа рядом он всё ещё внушительная фигура — высокий, тёмные волосы, тёмные глаза, в безупречной белой рубашке с закатанными рукавами, в тёмно-синих брюках и жилете, которые хорошо сочетаются с его смуглой кожей.
— Я серьёзно, Принц, я лишь хочу... — Он пожимает плечами. — Прояснить обстановку.
Я выдерживаю его холодный взгляд несколько секунд, затем медленно киваю и поворачиваюсь к Розе.
— Дай мне...
— Я бы предпочёл, чтобы она осталась, на самом деле.
Мой взгляд возвращается к Аресу.
— И почему?
— Потому что я уважаю её. У неё есть яйца, так сказать. И также, мисс Килдэр, я должен извиниться за поведение моего брата и его обращение с вами. Мне искренне жаль, как вёл себя Атлас и каковы были его намерения по отношению к вам.
Роза сглатывает, медленно кивая.
— Извинения приняты.
Он кивает с тонкой, отточенной улыбкой на холодном лице, затем переводит взгляд на меня.
— По поводу моего брата...
— Если ты ищешь хоть каплю сожаления или сочувствия, Арес, у меня, блять, нет.
Он фыркает, качая головой и отворачиваясь к окну.
— Я прекрасно обойдусь и без этого. Слушай, Принц, я любил своего брата, как любой брат должен любить свою кровь. Конечно, любил. Но... — его лицо темнеет, когда он снова смотрит на меня. — Я любил своего отца больше. И мой брат убил его. Атлас был глупым, импульсивным идиотом, и наша семья, честно говоря, стала сильнее после его смерти.
— Ну, пожалуйста.
Его глаза сверкают.
— Не наглей.
— Итак, мистер Дракос, — бормочу я. — Что это значит для нас?
— Нейтралитет. Мой брат напал на тебя без провокации в твоём собственном доме, и ты держался. Он действовал нерационально и безрассудно, поставив нашу организацию под угрозу и убив десять наших людей. Насколько я понимаю, вопрос закрыт.
— А что насчёт других твоих братьев? И твоей сестры?