Сводя нас обоих с ума от напряжения и медленного нарастания, пока это уже невозможно остановить.
Мои пальцы впиваются в плоть её задницы, направляя её вверх и вниз по каждому дюйму меня — быстрее и сильнее, пока мой рот, прикрывающий её, — единственное, что мешает ей разбудить половину больницы своими стонами.
Когда она кончает, кончаю и я, оба взрываемся вместе, когда её сладкая киска сжимается вокруг моего пульсирующего члена.
Затем, в моих объятиях, моё сердце бьётся о её спину, мы проваливаемся в сон.
Я ошибался насчёт сказок. Да, в большинстве случаев не бывает принца на белом коне, спасающего день.
Но счастливые концы определённо существуют.
И иногда, чтобы приручить зверя, действительно нужна красавица.
Эпилог
Шесть месяцев спустя:
Перемены — это хорошо.
Долгое время они пугали меня. Мне нравились мои ритуалы и маленький мир, в котором я существовала в стенах Богоматери Хильдегард. Сёстры, книги, сад сзади и, конечно, моё пианино.
Но затем перемены нашли меня. Большие перемены. И хотя я так долго была ошеломлена этими переменами, захвачена ими, как блуждающей волной, а затем так много сил потратила на борьбу со следующими переменами, в конце концов мы с переменами нашли общий язык.
Или, возможно, я просто влюбилась.
Потому что это меняет всё.
Как бы то ни было, перемены больше не пугают и не ошеломляют меня. Я также больше не смотрю на них как на дверь в одну сторону, через которую нельзя вернуться.
Жизнь течёт. Жизнь держит нас в тонусе.
Как и попытки угнаться за Люсиль на кухне.
— Горячее сзади!
Я вздыхаю, прижимаясь к стойке, когда она проносится за мной с горячим противнем запечённых овощей. Она ставит его на подставку, затем разворачивается и мгновенно идёт к плите, помешивая одну кастрюлю и добавляя ингредиенты в другую. А затем она снова в деле, хватая нож и нарезая.
Она буквально готовит шесть блюд одновременно. А я тут мучаюсь с одним грёбаным пирогом.
Люсиль внезапно поднимает взгляд, будто чувствуя мой взгляд. Она ухмыляется, видя ужас на моём лице.
— О, это не соревнование, дорогая. Кроме того, у меня было намного больше практики.
— Да, а я проваливаю один яблочный пирог.
— Ну, отдай себе должное. Это тарт, дорогая. Это на ступеньку выше простого пирога с двумя коржами.
— О, ну, в таком случае...
Она сердечно смеётся. — Подойди к своему пианино, и посмотрим, кто окажется в пролёте. Я не смогла бы сыграть «Чопстикс», даже чтобы спасти свою задницу.
Я ухмыляюсь.
— Передай мне укроп, хорошо, дорогая?
И вот так она снова в деле: кулинарная машина в одном лице.