Она сжимает губы, чтобы сдержать рыдание, но оно всё равно вырывается. Слёзы текут из её глаз, когда она крепко обнимает меня. Я обнимаю её в ответ, игнорируя колющую боль, ну, везде.
— Я люблю тебя, знаешь, — бормочу я, прижимая её к себе.
— Я знаю, но приятно слышать это снова после примерно десяти лет.
Я усмехаюсь, когда она отстраняется.
— Так это будет новой традицией?
— Что будет новой традицией?
— Улыбки, объятия, слово на «Л».
Я ухмыляюсь, протягивая руку и беря Розу за руку.
— Думаю, да.
— Думаю, это самое умное решение в твоей жизни, — усмехается Люсиль. Затем она смотрит на Розу и подмигивает. — Ну, второе по умности.
Роза соскальзывает с кровати и крепко обнимает Люсиль, прежде чем моя экономка наконец покидает палату.
Роза запрыгивает обратно в кровать ко мне, хихикая и краснея, когда моя рука обвивает её талию. Мои пальцы скользят по её бедру, проникая в спортивные штаны.
— Эм, прости?
— Ты прощена. А теперь раздвинь ноги.
Она смеётся и отталкивает мою руку. Ну, пытается. Она не двигается.
— Оливер...
— Да?
— Что случилось с «я ранен»?
— Я ранен. Но эта рука нет. Как и мой язык, если на то пошло.
Она резко вздыхает, когда моя рука проскальзывает в её штаны и находит её мокрой для меня.
— Ты серьёзно восприняла это правило «без трусиков», да?
Её лицо заливается жаром.
— Теперь это привычка.
— Почему бы тебе не залезть под одеяло, и я покажу тебе, что ещё не ранено.
В этот момент дверь в мою палату снова открывается. Я поворачиваюсь, чтобы сверлить взглядом того, кто бы это ни был, но мой взгляд слегка смягчается, когда я вижу Адриана.
— Ты ужасно выглядишь.
— Спасибо, — усмехаюсь я, качая головой и стиснув зубы, когда Роза незаметно вытаскивает мою руку из своих штанов, под прикрытием одеяла, конечно.
— Как ты себя чувствуешь?
— Как будто упал с моей грёбаной крыши, а затем меня сбил поезд.
Я киваю на перевязь на руке Адриана.