Моё дыхание участилось, пока я смотрела на его мощную шею… точёную челюсть… полные губы… его…
Хватит, Оливия! Отвернись от него.
— А что, если мы с Бальтазаром работаем вместе? Что, если всё это ловушка? Может, мы заманили тебя сюда, чтобы убить? — Его бёдра уже упирались в матрас, хотя я даже не заметила, как он приблизился.
Я закрыла глаза.
Господи, Оливия! Как ты вообще могла прийти сюда, поверив словам незнакомца? Он прав — я могла сама преспокойно вальсировать прямо в ловушку. Всё это может оказаться одной огромной грёбаной ложью.
Я нахмурилась.
Но тогда зачем ему было рисковать и отправлять Романа в безопасное место?
Матрас прогнулся под весом Малика.
Когда я открыла глаза, он уже сидел рядом — достаточно близко, чтобы прикоснуться ко мне.
— Ты, блядь, издеваешься надо мной?
— Что за выражения, Оливия. — Он обвёл пальцем контур моих губ.
Я схватила его за руку.
— Прекрати. Хватит играть со мной. Ты не работаешь с Бальтазаром. Это невозможно. Бальтазар разрушил мою жизнь — он психопат. Он напал на меня, из-за него я потеряла нерождённого ребёнка, он разрушил мою психику и морально меня уничтожил. Единственное, что заставляло меня продолжать идти вперёд, — надежда найти тебя. Но теперь, когда я наконец тебя нашла, мне кажется, что ты просто играешь со мной, копаешься у меня в голове и издеваешься над моими чувствами. Бальтазар убьёт меня, если я найду дневник и принесу его ему. Если не принесу — всё равно убьёт. — Мой голос сорвался на полный отчаяния крик. — Что бы я ни сделала, мне конец! Но я не собираюсь сдаваться. Я найду способ уничтожить его!
— Тише, — прошептал Малик, поглаживая ладонью мою прикрытую тканью руку вверх и вниз. — Я не позволю Бальтазару причинить тебе вред. Пока вы со мной, вы все в безопасности — ты, Рози и Эмили.
Он притянул меня к себе, обнял и начал мерно покачивать из стороны в сторону.
Я разрыдалась у него на плече, позволяя ему утешать меня.
— Моя мать влюбилась в чудовище! Из-за неё я прикована к Бальтазару! Я её ненавижу.
Руки Малика напряглись вокруг меня, словно железные оковы.
— Не смей так говорить об Алине. Твоя голова забита ложью.
Я перестала дышать, уверенная, что он меня задушит.
— Всё, что ты знаешь о своей матери, Оливия, — ложь.
Он продолжал сжимать меня в объятиях, настолько сильно, что мне стало больно.
— Единственный способ узнать её по-настоящему — прочитать её дневники.
Голос донёсся уже с другого конца комнаты.
Я моргнула, увидев его возле комода. Как он это делает?
Без его тепла меня пробрала дрожь.
Я вскочила с кровати и стремительно направилась к нему.
— Не смей защищать мою мать! Она любила чудовище, которое теперь охотится на меня, словно я его добыча!
Малик шагнул ко мне, а я попятилась, пока не упёрлась спиной в стену.
— Нет, дорогая, я не перестану её защищать. — Он поставил руки по обе стороны от меня, запирая меня в ловушке.