Я откинула голову назад, пытаясь противостоять его притяжению.
— Я ничего о тебе не знаю, кроме того, что ты демон. Джон Джеймс сказал, что ты такой же, как Бальтазар, — демон, способный пытать и калечить меня.
— Тогда зачем ты пришла ко мне, если я настолько опасен? — спросил он, продолжая затягивать меня своим гипнотическим взглядом.
— Я пришла не к тебе.
Я попыталась освободиться из его хватки, но он был слишком силён. Я не могла придумать ответа на вопрос, зачем же тогда пришла сюда.
Он провёл краем пальца по моей щеке.
Я вздрогнула.
— Я скажу тебе, зачем ты пришла. Тебе нужна моя помощь.
Я моргнула, вспомнив наконец, ради чего оказалась здесь.
— Ты должен помочь мне убить Бальтазара!
— Должен? — Он осторожно поднял мою окровавленную ладонь к своим губам и мягко подул на кожу тёплым дыханием.
По ладони разлилось странное ощущение, похожее на электрический жар.
— Вот и всё. Я тебя исцелил. — Он прижался губами к моей коже и задержался так на несколько мгновений.
Я начала обмякать, словно вот-вот растаю и в беспамятстве повалюсь на кровать. Но вовремя опомнилась и резко выдернула руку.
— Простого «спасибо» было бы вполне достаточно. — На его полных губах заиграла лёгкая улыбка.
— Спасибо, — сказала я, проводя большим пальцем по уже зажившей коже. — Я отчищу кровь с твоего ковра.
Я села на матрас, предприняв жалкую попытку немного отдалиться от Малика. Гениальный ход, Оливия. Теперь ты сидишь лицом прямо напротив его паха.
— Спасибо, но не беспокойся о ковре. У меня есть служанки.
Я замахала на него руками.
— Отойди, пожалуйста. Ты слишком близко. Когда ты так близко ко мне, я не могу нормально соображать.
Он ухмыльнулся, но всё же послушался.
— Так лучше?
— Немного, да.
О да, куда уж лучше. Теперь перед глазами только его широкая грудь. Сосредоточься, Оливия, сосредоточься.
— Я пришла к тебе, чтобы ты помог мне убить Бальтазара, — повторила я.
— С какой стати? — Уголки его губ едва заметно приподнялись, словно этот разговор его забавлял.
— Джон Джеймс сказал, что ты можешь помочь. — Я забралась с ногами на матрас и поджала их под себя. Затем уставилась на пятно крови, стену за спиной Малика, окно — куда угодно, лишь бы не на него.
— А что вообще знает Джон Джеймс?
Малик шагнул ко мне, но я отодвинулась, отползая дальше по кровати.
— Может, мы с Бальтазаром велели ему напридумывать всякого и рассказать тебе. Может, мы наложили на него морок и нашептали всё, что хотели, чтобы он тебе сказал. — Он сделал ещё один шаг.