Он подвёл меня к каменной скамье вдоль края бассейна и усадил между своих ног. Затем потянулся из воды и взял кусок мыла.
— Граф всё рассказывал мне об этом роскошном мыле, которое ему привозят из Флоренции. — Он провёл кремовым ароматным бруском по моей коже. — Говорит, его делают девственницы, но, думаю, ему просто нравится в это верить.
Его низкий смешок завибрировал у меня за спиной.
— Оно сделано на оливковом масле, без щёлочи, и пахнет шалфеем, майораном, ромашкой, розмарином и апельсиновой цедрой.
— Пахнет потрясающе, — сказала я, прижимаясь спиной к его торсу.
Роман продолжил свои заботливые процедуры, вымыв всё моё тело и даже волосы. Закончив, он отложил мыло за спину и погладил меня по животу.
— В двадцать первом веке я узнал новые способы доставить тебе удовольствие, — произнёс он с дразнящими нотками в голосе.
— Правда? И что ты делал? Ходил в стриптиз-клуб?
— Во что?
— Это место, куда мужчины ходят смотреть, как женщины раздеваются на сцене, — объяснила я, разминая его ноги. Клянусь, я буквально почувствовала, как Роман покраснел у меня за спиной.
— Нет, amore, ничего подобного. Зачем мне смотреть на кого-то, кроме тебя? — сказал он, заставляя моё сердце растаять. — Нет, я прочитал книгу в твоей… у твоей… под кроватью в твоей старой квартире.
Теперь настала моя очередь краснеть. Наверняка это была книга «Маленькие грязные секреты», которую я купила в попытке добавить остроты в нашу с Тристаном сексуальную жизнь.
В любом случае знать подробности я не хотела.
— Это уже лишняя информация, Роман. Покажи. Не рассказывай.
Он опустил руку между моих ног.
— С удовольствием. Я вдохновился попробовать кое-что новое.
Он раздвинул пальцами мои складки и начал поглаживать нежную кожу.
— Я читал о разных позах. Например, «Бабочка» и «Обратная наездница», хотя я так и не понял, что сексуального в женщине, которая пасёт коров9.
Кончики его пальцев слегка подрагивали, описывая круги и завитки на моём теле. Каждый нерв словно искрился электричеством, изнывая от желания почувствовать его прикосновения.
Он шептал мне на ухо слова наслаждения, а кончики его пальцев оставляли на коже горячие следы. Его губы жадно накрыли мои — твёрдо, нетерпеливо, словно он хотел вытянуть из меня всё до последней капли желания.
— «Обнажение клитора»10, — пробормотал он, и его рука добралась до источника моего удовольствия.
Я задрожала, когда его пальцы начали выводить узоры по капюшону, скрывавшему под собой клитор. Его движения были мягкими и точными, постепенно обнажая чувствительный бугорок.
Я закрыла глаза в сладком предвкушении, чувствуя, как с каждой минутой его прикосновения становятся всё настойчивее, разжигая во мне настоящий хаос наслаждения, грозивший поглотить нас обоих. Я вцепилась в его бёдра, пока умелые пальцы всё ближе подводили меня к оргазму. Выгнулась навстречу его руке, наполняя помещение плеском воды и собственными криками наслаждения.
Он хрипло рассмеялся.
— Ты чертовски красива, когда кончаешь, любовь моя.
— А ты настоящий мастер по обнажению моего клитора, — ответила я.
Когда оргазм начал отпускать меня, Роман глубоко поцеловал меня. Одновременно он снова подхватил меня на руки и вынес из бассейна. Оторвавшись от моих губ, он сказал:
— Это была всего лишь разминка.
— Теперь мне не терпится на практике познакомиться со всеми знаниями, которые ты приобрёл.
У двери мы нашли грубые муслиновые полотна, которыми можно было вытереться, и мягкие льняные халаты. Обсохнув и одевшись, мы вышли из каменного помещения и вернулись в дом. По лестнице мы поднимались на цыпочках, не желая разбудить графа.