— Вы искали правду, — возразила Мари, становясь прозрачнее. — Этого оказалось достаточно.
Ассер медленно отпустил меня, убедившись, что я могу стоять, и повернулся к призраку.
Генерал опустил голову.
— Я должен был понять, почему вы исчезли, — произнёс он. — Должен был найти вас. Вместо этого решил, что вы помогли Эльсвите бежать. Простите меня, Мари.
Горничная долго смотрела на него.
Несколько дней назад Ассер рассмеялся бы человеку, рассказавшему о призраке. Теперь стоял перед мёртвой служанкой с окровавленной рукой и просил у неё прощения.
— Не заставляйте госпожу снова доказывать вам правду, — попросила Мари.
Лицо Ассера изменилось. Он взглянул на меня.
— Не заставлю, — пообещал муж.
Мари улыбнулась.
Её фигура засветилась изнутри мягким белым светом. Он становился ярче, но не резал глаза. Наоборот, согревал сырой склеп, вытеснял запах смерти и последние следы холода.
— Теперь я могу уйти, — прошептала горничная. И её голос вдруг стал каким-то тёплым и мечтательным.
— Мари… — позвала я, протягивая руку.
Мои пальцы прошли сквозь свет.
На мгновение мне показалось, что холодная ладонь коснулась моей. Совсем легко. Как тогда, когда Мари помогала надевать перчатки перед завтраком.
— Спасибо, госпожа, — донёсся её голос.
Свет погас. Мари исчезла.
Я продолжала держать руку вытянутой, хотя передо мной больше никого не было.
Пустота оказалась больнее, чем я ожидала. Мари была мертва. Я больше никогда её не увижу. И это лицо, наполненное каким-то непередаваемым счастьем и светом, навсегда останется перед моими глазами.
Но только сейчас окончательно поняла, что она никогда не войдёт утром в спальню, не распахнёт шторы и не спросит, какое платье я выберу к завтраку.
Слёзы потекли сильнее. Ассер не пытался меня обнять. Стоял рядом и ждал, пока я сама опущу руку.
— Ваша светлость, — вмешался пожилой маг, обращаясь к нему, — теперь я должен заняться вашей раной.
— Займитесь госпожой, — приказал генерал.
— Я уже не умираю, — напомнила я и посмотрела на пропитавшуюся кровью повязку. — Так что займитесь моим бывшим мужем!
Ассер хотел возразить.
Я не позволила.
— Сядь, — потребовала я, чувствуя, как собственный голос срывается от слабости. — Хотя бы один раз сделай то, о чём тебя просят.
Капитан отвернулся, скрывая выражение лица. Молодой артефактор внезапно заинтересовался остатками металлической чаши.
Ассер посмотрел на меня.
— Ты всегда выбираешь неподходящее время, чтобы начать командовать.