И только когда его шаги стихли, я поняла, что всё это время не дышала.
Только тогда я позволила себе закрыть глаза.
Мейна пришла через полчаса. Принесла ночную сорочку, чай и столько заботы, что от одного взгляда на неё у меня защипало в носу.
— Госпожа, позвольте помочь вам раздеться, — попросила служанка, осторожно расправляя сорочку на кресле.
— Нет, спасибо, — отказалась я, не поднимаясь с кровати.
Мейна переставила чашку ближе ко мне. Фарфор тихо звякнул о блюдце.
— Тогда хотя бы выпейте чай. Или я могу посидеть рядом, пока вы не уснёте, — предложила она.
На мгновение всё стало почти прежним. Горничная возле кровати. Приготовленное платье на завтра. Тихий дом. Муж за стеной.
От этой иллюзии стало больно дышать.
— Не надо, Мейна, — прошептала я, чувствуя во рту кислый привкус. — Я хочу побыть одна.
Служанка неохотно ушла.
Старинные часы продолжали тикать. Когда-то этот звук успокаивал меня. Теперь каждый удар отмерял время до отъезда.
Было почти три ночи, а я всё ещё лежала поверх покрывала, не сняв платья.
Уснуть не получалось.
За незашторенным окном дождь стучал по подоконнику. Я уже начала считать удары, когда на стекле появилось мутное белое пятно.
Сначала я решила, что окно запотело от тепла. Но пятно медленно вытянулось. На влажной поверхности появилась линия.
Потом ещё одна.
Невидимый палец выводил буквы. Вода собиралась в тяжёлые капли, и они сползали вниз, словно стекло плакало.
Я села.
Пальцы сами потянулись к горлу. Неужели старый герцог снова пришёл за мной?
— Что тебе нужно? — процедила я сквозь зубы, заставляя себя не смотреть на дверь.
Я ждала, что в стекле отразится высокая серая фигура. Что комната наполнится запахом туберозы.
Но призрак не появился.
Вместо него на запотевшем окне проступили два неровных слова:
«МАРИ ЗДЕСЬ».
Глава 116
Глава 116
Мари?
Моя пропавшая горничная Мари?
Я смотрела на два неровных слова, а перед глазами почему-то возникло совсем другое утро. Мари стояла у меня за спиной, вытаскивала шпильки из волос и ворчала, что я снова уснула прямо в кресле, дожидаясь письма от Ассера. Потом накрыла мои плечи шалью и ушла подогревать остывший чай.