Вдох. Два. Три.
Как будто вдохи эти осознанные. Как будто он ЗДЕСЬ.
Чувствую небольшое шевеление, и мне на голову ложится тяжёлая ладонь.
— Николь, — хрипло произносит он.
Глава 31
Глава 31
У меня на мгновение перестаёт биться сердце от звука его голоса.
Я приподнимаюсь на локте, смотрю на него — и не верю. Его глаза открыты. Мутные, тяжёлые, но живые. Смотрят. Узнают.
— Гаспар… — мой голос осекается.
Он делает попытку вдохнуть глубже, морщится. Пытается пошевелиться — и сразу же напрягается, будто тело не слушается.
— Тихо, — шепчу я, уже поднимаясь, поддерживая его плечо. — Не двигайся…
Но он не слушает.
С усилием, с глухим, сдержанным рывком, он пытается приподняться. Садится.
Я подкладываю подушки, удерживаю его, непослушного, чтобы не упал назад.
Его рука, сильная и горячая, цепляется за моё запястье.
Он сидит, дышит тяжело.
Смотрит на себя, на чистую рубашку, чистую постель.
И переводит взгляд на меня.
— Как ты? — хрипло спрашивает он, продолжая крепко сжимать мою руку.
В глазах его пульсирует волнение.
У меня внутри всё обрывается.
Неужели он уже знает про беременность?
Я хочу отстраниться, прикрыться, но останавливаю себя.
Нет. Спокойно. Держи себя, Николь. Он не может знать.
— Я… в порядке, — отвечаю, и сама слышу, как сухо звучит голос.
Он смотрит внимательнее. Уже не просто смотрит — оценивает.
— Ты цела? — его голос становится жёстче. — Тебя не задели?
Он про выстрел. Не про беременность.
Внутри пробегает волна облегчения.
Я качаю головой.