Развод. Эффект невозврата: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

За панорамными окнами Москва жила своей привычной дорогой жизнью. Башни, мосты, река, крыши, стекло, машины, деньги, встречи, сделки, амбиции. Город, который никогда не жалеет слабых и очень любит тех, кто умеет делать вид, что не нуждается ни в ком.

Я всегда идеально вписывался в этот пейзаж.

Внизу, подо мной, кипела компания, которую я строил почти десять лет. То, что начиналось как два человека, ноутбук и одна безумная модель выхода из финансового тупика, выросло в систему, которая теперь управляла такими объемами, что журналисты называли меня “человеком без нервов”.

Забавно.

Если бы они знали, сколько во мне нервов, они бы, возможно, писали иначе.

Только я давно научился делать главное: не показывать.

Я подошел к окну и машинально потер правую ладонь. Старая привычка, которую не вытравили ни время, ни деньги. Этой рукой я когда-то подписал документы, после которых моя жизнь разделилась на “до” и “после”. Брак. Развод. Переупаковка себя в человека, которого уже не так просто ранить.

После Кристины я не верил ни в любовь, ни в искренность. Вернее, не так. Я верил, что они существуют. Но не для меня.

Для меня существовали договоренности. Четкие границы. Контроль. Рабочие схемы. Прозрачность в сделках. Непрозрачность в чувствах. И максимальная дистанция от всего, что пахнет зависимостью.

Поэтому женщина с отличным мозгом и личной катастрофой в анамнезе — это именно тот тип риска, которого в нормальной ситуации я бы избегал.

Но проблема была в том, что мне сейчас был нужен не просто аналитик.

Мне нужен был человек, который умеет видеть слом системы там, где другие видят временную погрешность.

А таких людей мало.

Очень мало.

В девять ноль две Вера открыла дверь.

— Мирослава Громова пришла.

— На две минуты позже, — заметил я.

— Вообще-то на одну. В лифте была задержка.

— Ты уже на ее стороне?

— Я ни на чьей стороне. — Вера чуть прищурилась. — Но вам, Максим Андреевич, полезно иногда смотреть на живых людей не только как на файлы.

— Именно так я на них и смотрю. Файл — это честнее лица.

— Вот поэтому у вас и нет нормальной личной жизни, — отрезала она и вышла прежде, чем я успел напомнить ей о субординации.

Я даже не разозлился.

Привык.

Мирослава вошла через несколько секунд.

И первое, что я подумал:

Алина не соврала.

У нее действительно было лицо человека, которому срочно нужна опора. Но держалась она так, будто скорее умрет, чем позволит это заметить.

Темно-синий костюм без логотипов и показной цены. Белая рубашка. Волосы собраны в низкий узел. Никаких крупных украшений. Только тонкие часы и простые серьги. Неяркий макияж, который не скрывал усталость, а лишь подчеркивал резкость черт.

Она была красивой, но не “салонной” красотой.