— Мы справимся, не сомневайся. Парни уже вполне готовы. Да и я ведь с ними иду.
— Я не сомневаюсь. Просто ты там не геройствуй зря. У Болеслава там наверняка охрана тоже не простая.
— Мы справимся, — повторила она. — Ты ведь за мной будешь приглядывать?
В её голосе появилась нотка кокетства.
— Я всегда за тобой приглядываю, — я улыбнулся.
Надо найти где-нибудь тут код этого пресловутого «яблочка на тарелочке», чтобы не просто со звуковых меток считывать окружающую объект реальность, а ещё и видеть, что там вокруг происходит. Голубей с воронами для этого в качестве аватаров использовать всё-таки крайне неудобно.
— Ника, может, сама как-нибудь додумаешься?
— Тут структуры уникальные. Это как пальцем в небо тыкать. Можно бесконечно подбором кода заниматься.
— Ладно, будем искать.
— Я скучаю, — тихо шепнула Елена напоследок.
— Я тоже. Скоро увидимся, — и я разорвал связь.
Все эти розовые слюни с «это ты первый трубку клади» я всегда не любил. Поговорили по делу — и хватит. Потом при встрече ещё наговоримся вдоволь. Если живы останемся.
…
…
Ивор Северянин встретил меня у себя в лавке в мрачном настроении. Запершись в подсобке, он начал показывать мне записи по продаже камней. Покупатели были в основном из купцов, но были и четверо из старых киевских родов. А двое — и из Новгорода.
— Я в Новгород отправляю караван через два дня, — вдруг заявил Ивор. — Сам с ним поеду. Ткани прикупил у купца одного, думаю, там продать в сам-четыре получится. Да рухляди ещё наберу.
Одноногий варяг перед тем, как самому в Новгород отправиться за товаром, решил через местных купцов подогреть там интерес среди богатой верхушки к нашим камешкам.
— Да ты никак от войны бежишь? — я усмехнулся. — Или не веришь, что я поляков побить смогу?
— Поляков, может, и побьёшь, а Святополка с печенегами Ярославу тут держать придётся. Я пока с товарами до Новгорода дойду — вы уже тут со всеми и разберётесь. А на мой век битв хватит.
— Не узнаю я тебя, варяг! — я прищурился. — Кто ты, незнакомец? И куда дел моего подельника, бесстрашного варяга Ивора Северянина?
— Не смешно, — он насупился. А потом уже тише буркнул: — Жениться я еду.
Здрасьте, приехали!
— Тебе годков-то сколько? Не поздновато уже?
— Сорок два. Для варяга в самый раз. Это тебе по молодости все, кто с бородой, стариками мнятся. А у меня, может, только жизнь начинается.
— Невеста из Новгорода? Купца Перемысла дочка? — уточнил я, хотя Ника уже вывела мне все данные по уговору Ивора с этим купцом.
— Она. А ты откуда знаешь?
— Слухи, — махнул я рукой. — Ты сам-то когда последний раз эту девку видел?
— Два года назад, зимой. Когда в Новгороде был и в гости к Перемыслу заходил. Ей тогда пятнадцать исполнилось.
— Да ты, варяг, на молоденьких, значит, падок?