…
Вроде всё норм. Ничего не забыл?
— Утро уже. А ты всю ночь не спал. Отдохнуть тебе надо, — заботливо намекнула Ника.
— Но сперва надо пожрать, — произнёс я вслух. — Чё-то прям аппетит разыгрался на нервной почве.
И мы с Алёшей пошли к моему постоялому двору, где в корчме Матрёна уже готовила завтрак для остатков моей дружины.
…
Колыван только проснулся, но, услышав, что я зашёл в корчму, поспешил быстрее одеться и присоединиться к моему завтраку. Тем более ему надо было отчитаться о подготовке каравана к отправке во Вручий и состоянии местного хозяйства на период моего отсутствия. Война — вещь непредсказуемая. Когда вернусь в Киев — непонятно. А тут всё должно быть в порядке независимо ни от каких внешних обстоятельств. Ведь я в хранилище тут оставляю деньги.
Брать с собой оставшихся воинов Ульриха я не собирался. Именно им предстояло обеспечивать сохранность моего киевского подворья и, в первую очередь, хранилища. Постоялый двор, который я подарил Колывану с Матрёной на их будущую свадьбу, я тоже взялся защищать по умолчанию.
Климатические артефакты, которые я поставил в обеих своих столичных локациях, защищали деревянные постройки от пожара и препятствовали использованию открытого огня внутри помещений. Пищу готовили на моих горюч-камнях. Светильники освещали. Курить тут никто не пробовал, так что и огонь был не нужен. Для любителей жареного на углях мяса во дворе выложили большой мангал из камня. Вот и хватит.
— Два струга, которые наняли у Лютого, загрузили тканями, специями и железом.
Колыван в уме держал все цифры, но перечислять всё детально я его не просил. Ника потом всё равно всё пересчитает, когда отплывать будем.
— Может, нам уже купить у него эти корыта? — покачал он головой. — А то постоянно платить Лютому за фрахт приходится. Всё равно постоянно гоняем туда-сюда. И всё больше с каждой седмицей.
— Купи, — кивнул я ему, продолжая уминать кашу деревянной ложкой. У меня тут были уже свои приборы из чистого серебра, но вот так, в узком кругу, я предпочитал пользоваться деревянными ложками, как и все остальные.
— Может, тогда сразу десяток новых закажем?
Я опять кивнул.
— Тогда уж и гребцов нанять надо. Каждого лично проверишь.
— Да тут отбою от желающих не будет, только объяви, — Колыван махнул рукой.
Кашу Матрёна делать умела знатную. Аж за ушами трещало.
…
…
— Ульрих, — я повернулся к варягу, — питание бойцам надо организовать так, чтобы выходить никуда с подворья никому не надо было. На два месяца минимум. Пока меня нет — вы в осаде. За ворота ни шагу. Считайте, что кругом враги. Выходить если только по тревоге в боевом порядке сюда на постоялый двор.
— А к бабам? — сотник даже жевать перестал.
Блин. Баб на всех внутри подворья у меня точно не хватит. Девки дворовые в доме, кухарки, прачки да сёстры Ваньшины. Эти последние для постельных дел малы ещё. А мужики за два месяца могут и бунт поднять.
— Значит, бойцов гонять будешь тренировками так, чтобы о бабах пока на время забыли. Потерпят. Я же терплю!
— Ты князь! — вздохнул Ульрих. — Куда нам до тебя.
— Всем премию выдам по гривне кун. Тебе — три.
— Ну, без баб, так без баб, — тут же кивнул варяг. — Не впервой.
Я с подозрением посмотрел на него.