— Вече… — Корней потёр рукой шею. Шрам уже почти зажил, но иногда он чувствовал ещё шевеление проклятого камня под кожей. — Вече собирать надо, и Илию Древлянского в князья киевские кричать.
Тишина стала ещё оглушительнее.
— Зачем? — поинтересовался всё тот же Даниил.
А старейшины родов переглянулись между собой. У Даниила-то дочери на выданье не было, а у них вот новый интерес в теме появился. Но волхв их быстро опустил с небес на землю:
— Затем, что если Ярослав с Илиёй сцепятся в борьбе за киевский стол, то Святополку легче будет сюда прийти. Они ведь вдвоём друг дружку сильно потреплют. А мы потом уже и ворота откроем.
Все молча переваривали услышанное. С высоты своего житейского опыта они вынуждены были согласиться, что план хорош. Но недавно открывшиеся у некоторых из них радужные перспективы к возвышению рода через брак с Рюриковичем теперь таяли как дым. Если даже Илия останется жив после противостояния с Ярославом, то дядька Святополк его точно добьёт.
— Слава по Киеву у князя Илии гремит сейчас после явления иконы чудотворной. Никто и не заподозрит, что мы к этому руку приложили, когда народ за него станет кричать, — продолжал гнуть тему Корней. — А Ярославу надо нашептать, что у Илии такой план и был с самого начала, чтобы самому в Киеве сидеть.
— Хитро придумано, — покачал головой Рощин. — А коли не выйдет?
— Выйдет, — уверенно кивнул Корней. — Но Илия через две седмицы собирается из Киева уезжать во Вручий. То доподлинно известно. Так что у нас времени в обрез. В эту субботу и поднимайте народ. Пусть к детинцу идут все.
Мужи переглянулись между собой, и все последовательно кивнули, подтверждая принятие общего решения.
Выходя из дома волхва, все потянулись к большой миске у дверей, куда предварительно сложили все свои амулеты. По настоянию Заболотного теперь все встречи проводились именно так. Как он сказал, было у него подозрение, что через эти амулеты их как-то подслушать могут. Ну, ему виднее. Всё-таки один из Великих волхвов.
…
Глава 13
Сообщение о том, что Болеслав двинул войско в сторону Киева, я получил на следующий день в полдень.
Передовой дозор Драговира засёк конные отряды немецких наёмников и венгров недалеко от Берестья. Сама крепость, стоявшая в месте слияния рек Западный Буг и Мухавец непосредственно на границе с польскими землями, относилась к Киевскому княжеству. И формально я не должен был соваться туда без согласования с Ярославом. Но направление движения войска польского князя я знал достаточно неплохо в пересказе одной умной барышни под именем Ника, которая дала мне весьма подробный экскурс в эту часть истории из основной реальности. Поэтому несколько групп егерей я отправил туда, находясь ещё во Вручии.
Бежать к Ярославу с известием я не спешил. Ведь я был уже почти на сто процентов уверен, что в этой версии реальности Ярослав не станет выводить войско навстречу Болеславу и принимать бой на берегу Западного Буга. У него теперь был я.
Со слов Драговира, крепость, которая в далёком будущем станет костью в горле наступающих фашистских полчищ, уже в это время имела солидные оборонительные сооружения: детинец треугольной формы, укреплённый рвом, земляным валом и частоколом, окольный город на острове напротив детинца. В крепости жили постоянно около двух тысяч человек. Но не все они были оружными воями.
Словосочетание «Брестская крепость» вызывало у меня жгучее желание встретить Болеслава именно там, чтобы навешать ему люлей в ответку за всех завоевателей, которые шли и ещё не раз будут идти на Русь из Европы через этот древний торговый тракт. Но я понимал, что это только эмоции. Биться с объединённым войском польского князя в открытом бою было слишком рискованно. Не то, чтобы я трусил. Но, как говорила Ника: «Просто быстро сдохнуть я себе позволить не мог».
Поэтому будем действовать по плану.
…
Отец Анатолий позвонил мне на амулет после обеда и с придыханием доложил, что епископ Антиохий в очередной раз ушёл от митрополита ни с чем. Я, в принципе, и так уже об этом знал из утреннего доклада Ники, которая теперь слушала онлайн почти половину города. Кроме тех, на ком была активная ментальная защита в виде волховских амулетов или крестов.
Прослушивание свежих утренних новостей от Ники стало теперь чем-то вроде ритуала. Иногда она и во сне ко мне приходила, чтобы поболтать в антураже Петергофа о разных мелочах. Но вот следующая информация от неё мне прям совсем не понравилась.
— Тут местная оппозиция на несанкционированный митинг в субботу собирается. Вече внеочередное мутят. У княжеского терема. Будут тебя в князья кричать.
— Чего? В какие князья?
— В Великие Киевские.
— А зачем?
— Судя по некоторым высказываниям, чтобы ты стал великим киевским князем.
— А если серьёзно?
— Учитывая вектор внимания и косвенные признаки, кто-то делает так, чтобы всё выглядело максимально спонтанным изъявлением воли народа.
И тут майданутые⁈ Твою ж мать! Вот им на месте не сидится.