Хотел я сказать, что и Ника тоже за всеми следила и пресекла одиннадцать попыток воровства, но это уже про себя.
— Ладно, пошли обратно. А то отец Анатолий обеда заждался.
А за столом нас встречали три обалдевшие фигуры.
— Ника, чего это они?
— Отец Анатолий был уверен, что парни знают, кому служат. А они и не знали.
— И он им сболтнул?
— Случайно так получилось.
— А ты не остановила?
— Приступ надо было ему организовать? Как Парамону тогда, когда он про тебя Мстиславе проболтаться хотел?
— Ну да… как-то чересчур, — согласился я. — Ладно. Чего уж там.
— Я смотрю, вы тут без меня и пообщаться уже успели, — я присел за стол и посмотрел на ведьмаков. — Ну, давайте уже трапезничать, чем Бог послал!
— Княже, — начал было отец Анатолий, — я…
— Никита, Добрыня, — перебил я его, — вы же понимаете, что о том, что вам поведал наш уважаемый старец, надобно молчать?
Оба попытались вскочить со скамьи, но я их усадил обратно жестом руки.
— Княже, да мы… — у обоих матёрых волкодавов слова вдруг застряли в горле. И вовсе не по моей вине. Хотя, может, косвенно…
— Ну вот и хорошо. Колыван, прикажи уже подавать на стол. А то видишь, тут у людей в горле пересохло.
Я сложил руки и прочитал «Отче наш», едва шевеля губами. Они сделали то же самое. А сами периодически косились на меня. Но никакого нимба у меня над головой не зажглось. У меня это так не работало.
Но для моих ведьмаков похоже и так теперь мотивации мне служить прибавилось сильно.
— А всё ты виновата! — пробурчал я своей виртуальной помощнице.
— Не за что, — хихикнула Ника.
…
После обеда, едва отец Анатолий вышел за ворота, как в них въехала новенькая повозка, запряжённая двумя волосатыми мелкими степными лошадками, больше похожими на мулов. Выбравшись на мой накрытый досками двор, Ивор Северянин постучал по нему своей деревянной ногой и ухмыльнулся.
— Богато живёшь, княже! И откуда денег столько? Не боишься, что тати залезут и украдут всё?
— Очень смешно, Ивор! И я рад тебя видеть!
Мы обнялись, и я проводил его к себе в кабинет.
Там мы присели на небольшой диван перед столиком, который можно было бы обозвать кофейным, если бы в этом мире было кофе. Но на столике сейчас стоял кувшин с вином и две большие кружки. Вкусы варяга я уже давно изучил.
— Ну, за встречу! — я пододвинул ему кружку, и мы чокнулись, выпили.
— Греки вчера первый караван привели. Оружие. Цены взвинтили сильно. Все ждут, что войны не миновать. Говорят, через пороги чудом прошли с какими-то купцами из Генуи. У них там волхв в охранении был очень сильный. Он печенегам там такую кровавую встречу устроил, что потом их караван до самого Киева никто не трогал.
Я улыбнулся. Шастун там реально шороху в степи навёл с моими амулетами. И особо не церемонился. Бил в полную силу. Сами генуэзцы только завтра причалить у моей пристани должны будут. Как ни торопили они волхва, тот всё делал чётко по нашим с ним договорённостям.
— Оружие какое? — поинтересовался я.