— Так остальные вои сильно волнуются. Как бы и к ним ты Елену в учителя не поставил.
Он покосился на девку, которая в этот момент перестала жевать и с удивлением посмотрела на воеводу.
— Хорошо бы, но на всех её не хватит. Сперва она этот десяток обучит, а потом уже они станут остальных учить.
— Вот оно как? — Драговир облегчённо вздохнул и улыбнулся.
— Только зря ты, воевода, подумал, что от этого их учёба легче станет. Итоговую проверку всё равно Елена делать будет.
Он опять приуныл.
— Я сам их учил. Но выходит, всё моё воинское умение тебе и не нужно.
— Ещё как нужно, воевода. Только это другое. Мы же не всегда будем тут, в лесах, воевать. А для тех же печенегов, которые на караваны на Днепровских порогах нападают, твоя наука будет очень нужна.
— Ты собрался свои караваны к морю отправлять? — хорват заметно оживился.
— И не только к морю, — кивнул я, — но об этом рано пока говорить. Для начала надо Болеслава со Святополком одолеть, потом и торговлю расширять будем. А пока время есть — учитесь и тренируйтесь. Скоро обратно в Киев поеду. Мне твои полсотни там очень нужны будут.
…
Утром я вызвал к себе Никиту с Добрыней. Ведьмаки жили в городище в доме одной вдовы с тремя малыми детьми. Появились они у меня на пороге уже через полчаса. Я оглядел их, оценив вполне ухоженный вид и трезвый взгляд. Вдова за ними приглядывала чисто по-женски, а они ей по хозяйству помогали. Вот такой вот симбиоз двух убийц и ещё молодой женщины, потерявшей мужа в прошлом году в стычке с разбойниками.
Мы уселись за стол, и я начал этот неприятный разговор.
— Был я в Киеве в бывшем вашем братстве.
Мужики напряглись, но слушали дальше, не перебивая.
— Отец Анатолий — старец мудрый. С ним и договариваться можно. А вот епископ Леонид и отец Капитон — из другой породы. Оба себе на уме и на контакт со мной идти не собираются.
— Какой отец Капитон? — удивлённо спросил Никита.
— Который вам представлялся как епископ Антиохий. Капитоном его на самом деле зовут. И я так думаю: он бывший волхв. А как христианство принял, так и имя поменял. Но замашки старые остались.
— Епископ Антиохий — волхв? — ведьмаки переглянулись между собой. — Мы не знали.
— Ничего удивительного. После крещения дед, князь Владимир, многих волхвов тоже покрестил. Кто-то для видимости крест надел, как купец Корней Заболотный, а кто-то дальше пошёл, делая себе карьеру в новой христианской церкви. Вот Капитон и стал так вашим старшим ведьмаком. Он ведь и руны, и повадки своих бывших соратников хорошо знает. Вот и спелись они с Леонидом на общем деле захвата имущества и артефактов у местных волхвов. А потом ещё Горемысла к этому подтянули.
— У нас нет причин сомневаться в твоих словах, княже, — осторожно заметил Никита. — Но, может, есть какие-то доказательства этого сговора?
Я кивнул на лежащий на столе баюн-камень, и Ника включила запись.
Голоса епископа Леонида и «Антиохия/Капитона» ведьмаки узнали сразу.
Скрытно оставленный в келье у Леонида переговорный амулет отца Анатолия чётко передавал слова говоривших, так что никаких сомнений в истинности их диалога ни у кого не возникло.
…
— Откуда он знает про ключ власти? — это Капитон.
— Откуда я знаю? — отвечал Леонид, почти переходя на фальцет. — Может, кто-то из твоих бывших дружков-волхвов ему напел?
— В посвящённых было не так много народа. Троих мы уже упокоили. Остались Радомир и его отец Мстиша. Они тогда ушли со Святославом, и найти их пока не можем.
— Плохо! Надо Горемысла опять просить, чтобы он своих волхвов в Польше и Венгрии поднял. Нам сейчас лишние слухи ни к чему.
— А с Илиёй делать что будем? — Капитон, видимо, ударил кулаком по столу. — К нему теперь так просто и не подобраться. Мы даже тут на него напасть не могли. Этот идиот отец Анатолий нам всё портит, как обычно.