Когда дверь за ушедшими закрылась, я выдал текущий расклад сил.
Святополк мёртв. Его речное войско, скорее всего, утонуло вместе с большинством тех, кто ещё мог попытаться удержать за ним власть. Польские отряды, сунувшиеся в Древлянскую землю, перемолоты так, что Болеславу теперь придётся долго зализывать рану. Печенеги получили урок и точно не полезут к моим лодьям без крайней нужды. Старейшин родов в Киеве я тоже уму-разуму научил. За покушавшимися на меня новгородцами Никита с Добрыней поехали уже. Генуэзские купцы по осени с большим караваном к нам придут за камнями. Шастун сам ушёл с караваном за шёлком. Княжество защищено, богатство прибыло, слава выросла. Всё прекрасно.
Но теперь открылась куча новых проблем.
Сигурд первым сказал то, о чём все из присутствующих думали.
— Ярослав теперь призовёт.
— Уже позвал, — кивнул я.
— И что?
— Поеду. Как все дела тут решу.
Сигурд поморщился.
— Не нравится мне это.
— Мне тоже много чего не нравится. Особенно дождь и овсянка. Но они от этого не исчезают.
— Я серьёзно, княже. Пока Святополк был жив, ты был Ярославу нужен. Теперь, ты говоришь, Святополка нет. Выходит, ты соперником ему сможешь стать.
— Болеслав ещё есть.
— Болеслав далеко. И без войска. А ты близко.
Драговир кивнул.
— Рыжий прав. Ярослав не дурак. Убивать тебя он не станет. Во всяком случае, сразу. Но привязать покрепче попробует.
— Чем?
— Всем, — сказал Драговир. — Рядом, клятвой, церковью, браком на нужной бабе, торговлей, обязанностью ходить с войском, заложниками, подарками. У князей много способов сделать человека своим, даже если тот сам считает иначе.
— Спасибо, утешил.
— Я не для утешения тут.
— Заметил.
Велимир осторожно кашлянул.
— Княже, в Киев тогда надо не с пустыми руками. Коней часть, оружие, пару сундуков добра. Не как дань, а как дар союзнику. И цену сразу обозначить. Мол, Древлянская земля кровь пролила, Святополка остановила, теперь ждёт подтверждения своих прав.
— Вот, — сказал я. — Волхв дело говорит. Я же поеду не требовать чего-то, а просто поговорить.
Сигурд всё равно был недоволен.
— Охраны сколько возьмёшь?
— Не всю дружину. Но достаточно, чтобы никто не решил, будто я мальчишка на поклон приехал.
— Елену берёшь?
Я посмотрел на неё.
— Елена сама решит.