Владетель: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ну, не сейчас… а, скажем, летом.

— Да! — покивал начальник охраны. — К лету уж я денежек накопил бы. С вашего-то жалованья, слава Богу — чего ж!

Закупившись, мы вышли на улицу, к саням. Стоял прекрасный зимний денек, солнечный тихий и спокойный, совсем как на хрестоматийной картине Игоря Грабаря «Февральская лазурь» кстати — еще ненаписанной.

Народу на улице было множество! Купцы, чиновники, крестьяне. Много казаков и мелких торговцев с лотков — офеней.

В честь праздника Обретения главы Иоанна Предтечи во всех городских храмах благовестили колокола, каждые — на свой лад. В Благовещенском соборе — басовито и важно, в Свято-Никольской церкви — с надрывом и хрипотцой, а в недавно освященном храме Покрова Пресвятой Богородицы заливались дивным малиновым звоном!

— Ах, славно-то как! Благостно.

Сняв шапку, я размашисто перекрестился, мои охранники — тоже.

— Иванов день, — крестясь, улыбнулся Рино.

Точнее сказать, Онисим… из староверов-кержаков. Здесь много таких было. Те же Лулу с Пелагеей…

Широкое крестьянское лицо парня раскраснелось на легком морозце, кучерявая бородка покрылась легким налетом инея. Как и у всех нас. Все были с бородами — мода-с! Раз уж сам государь… Без бороды — только актеры, да китайцы. Ну и казаки были без брод, но обязательно с усами… А чиновники и некоторые купцы — с бакенбардами. Бакенбарды… Интересно, что там украли у Огнева? Добрались ли до картин?

Рино совсем разулыбался, подмигнул проходившим мимо девицам, судя по шалям и черным собачьим полушубкам — из купеческих.

— Благостно как! Хорошо. На Иванов день — Обретенье. Птица гнездо обретает, — протянул парень. — Коли на солнечной стороне гнездо — к холодному лету, примета такая. А ежели снег ныне выпадет — то и Пасха холодная будет. Опять же… Интересно, наши-то китайцы Пасху празднуют? Ли сказал, что многие признают. Ну да, явится — спрошу…

— Черт! — Базиль вдруг хлопнул себя по лбу. — Капсюли-то забыли! Андреич, я метнусь, заберу?

— Давай, — я махнул рукой. — Мы тебя в санях подождем, на солнышке.

На краю улицы народ торговался с офенями:

— А плат-то вон тот, баскОй, почем? Четыре рубли-и-и! Одна-аче! А за два отдашь? За три… Посейчас, спрошу у батюшки!

— Зеркальце, зеркальце сколько? Ско-олько? В рот-пароход! Вот вам и купила.

— А петушки на палочке сладкие?

— Ровно мед, красуля!

— Давай на пятак! А семками кто торгует?

— Эвон, Прошка, на углу… В армячке, видишь?

— Угу…

Я уселся в розвальни, и вытянул ноги — чего-то малость устал. Солнце слегка пригревало уже… Приятно так, глаза закроешь — и будто где-нибудь в Аланье, в Анталии… отель «Халява-бич-клаб-резорт»!

— Рино, — я приоткрыл левый глаз. — Не в службу, а в дружбу… Семечек купишь?

— Ага!

— Постой, денег восьми!

— Да своих хватит.

Кряжистый мужик в распахнутом полушубке, с рябым — в оспинах — лицом прошел мимо, обдавая ядреным запахом перегара. Обернулся, осклабился:

— БаскИ у тя сани, барин!

И что тебе до моих саней? Проходи, проходи солнце не загораживай…