Владетель: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Смотри, — сказал Ваня через час, остановившись у старой лиственницы. — Видишь царапины?

Я присмотрелся. Кора была исцарапана параллельными полосами.

— Соболь метит, — пояснил эвенк, проводя пальцем по следам. — Показывает другим: здесь моё место. Такие царапины — хороший знак. Зверь живёт тут, кормится. Не уходит.

Он наклонился, пошарил в траве, вытащил маленький деревянный капкан — кулёмку, как он её назвал. Я понял. Что эвенк уже был тут.

— Вот так ставим, — он ловко втиснул капкан между камнями, накрыл сверху ветками, присыпал листвой. — Соболь идёт по тропе, задевает — и готов. Только проверять надо каждый день.

Я попробовал повторить. Получилось коряво, капкан шатался. Ваня поправил, кивнул.

— Капкан ставить так, чтобы ветер от зверя дул, а не на него…

Мы отошли пару десятков метров, сели у еще одной ловушки.

— Соболь — зверь хитрый. Он твой запах чует за версту. Поэтому руки мыть надо травой, чтобы не воняло… натирать.

Ваня был в своей стихи, это было видно. А еще он вдруг ощутил свою значимость, еще бы — барина учил уму-разуму!

— Соболь не просто по лесу бегает — у него тропы есть, как у людей. Найди тропу — найдёшь и зверя…

Я слушал, не перебивал, запоминая и пробуя сам. К вечеру устал так, будто выгрузил три баржи с мукой. Но на душе стало легче — впервые за долгое время.

— Здесь будем ночевать, — сказал Ваня, выходя на небольшую поляну у ручья. — Воды много, дрова есть. А утром дальше пойдём.

Второй день начался рано.

Мы двинулись к дальним ловушкам — тем, что Ваня ставил в самые глухие места. Тайга здесь была другой: темнее, гуще, с огромными валунами, поросшими мхом. Воздух пах сыростью и чем-то древним, нетронутым.

— Уважаемое место, — тихо сказал Ваня. — Здесь духи живут.

И вдруг он замер. Я налетел на него, чуть не сбив с ног.

— Стой, — прошептал он, не оборачиваясь. — Плохой знак.

Он указал рукой вперёд. Ловушка была разорвана. Капкан валялся на боку, доски перекручены, приманка сожрана. Вокруг виднелись глубокие царапины на земле.

— Не медведь, — сказал я, присев.

— Ага. Не медведь, — согласился Ваня. — Росомаха.

Я вопросительно глянул на эвенка. Перед глазами встало что-то из западных блокбастеров.

— Росомаха хуже медведя, — добавил Ваня, оглядываясь. — Медведь — он большой, его слышно. А росомаха тихая, злая и умная. Она не убежит — будет кружить, путать следы, ждать, пока мы ошибёмся.

Он пошёл по следу. Я за ним. Через полсотни шагов увидели вторую ловушку. Она тоже была разбита в щепки. Третья и вовсе вовсе исчезла.

Эвенк выругался на своем языке. У четвертой оказалась перекушена проволока.

— Надо уходить, — сказал я, чувствуя недоброе.

— Поздно, — ответил Ваня. — Она уже почуяла нас. Теперь или мы её, или она нас.

След привёл нас в бурелом.

Мы шли уже два часа. Росомаха не убегала, напротив, петляла, кружила, уводила в самые непроходимые дебри. Ваня злился — я видел, как сжались его скулы, как пальцы побелели на стволе ружья.

— Не надо было идти, — прошептал он, вдруг пожалев о своем решении. — Надо было вернуться, взять собак.