Я хотел спросить, где мы и как это возможно, но пустые слова здесь не приветствовались, это я понял сразу же. Слова здесь были оружием, и пустые слова могли ранить не хуже оружия, поэтому я только смотрел и слушал.
Маршал тяжело поднялся на ноги и шагнул вниз, а я впервые понял, что ЗДЕСЬ он не просто «дух» и не просто «голос», а воплощенная материальная память, оставшаяся от тех времён, когда люди умели не только выживать, но и побеждать.
— Это Зал Ордена. Это не мир. Не сон. Не видение. Это Место. Место, где собирались Рыцари Ордена Воли.
Он провёл ладонью по воздуху, и на миг, ровно на один удар моего сердца, за пустыми рядами проступили силуэты — много молчаливых фигур в броне, ярко вспыхнули и тут же погасли круги печатей под их ногами, свет Созвездий озарил пустой зал, как тысячи ярких солнц, от света которых стало больно глазам. А затем всё исчезло, будто этого никогда не было, и пыль вновь легла на пустые места.
— Когда-нибудь здесь снова будут Рыцари. Если ты выживешь. Если ты… не сломаешься.
Слова Маршала отозвались внутри меня странным резонансом, я сразу увидел Олега, услышал чужой Зов, вспомнил об Изнанке и понял, что это не пустые слова, а мой новый путь. На котором мне нельзя остановиться или развернуться назад, как и нельзя с него сойти.
— Ты уже видел, что они делают. Да, мы… почти справились. Но они возвращаются. Сейчас они еще слабы, но становятся сильнее с каждым днем. Они зовут. Они обещают. Они ломают человека изнутри и делают из него проводника.
— Я не собираюсь ломаться, — мрачно выдавил я, нахмурившись.
— Это очень сложно — не сломаться… Гораздо проще… умереть.
Он остановился напротив и сказал именно то, что я боялся услышать, без жалости и без утешения.
— Если ты возьмёшь Звезду так, как учат сейчас… тебя сожрёт Изнанка.
— А если я не возьму Звезду — меня сожрёт Скверна! — упрямо вскинул я подбородок, смотря на огромного воителя древности снизу вверх.
— Верно.
Это «верно» прозвучало спокойно, как само собой разумеющееся. Маршал поднял руку, и в воздухе начал медленно рисоваться знак. Это была непонятная геометрическая структура, начерченная на пустоте, больше всего напоминающая сферу, собранную из множества крохотных граней.
— Основа основ — это Печать Тишины. Без неё не может быть построено Истинное Созвездие.
Контур фигуры замкнулся, и тишина в зале стала настолько плотной, что я услышал собственный пульс.
— Первое: внешний контур. Замыкаешь свою Волю. Без фундамента любая сила станет неконтролируемой и рано или поздно сожрет тебя самого.
— Второе: защитный контур. Защита твоей «стройплощадки». Ты не будешь создавать Звезду в пустоте, это слишком большая ценность, ты будешь создавать её в своей собственной крепости.
— Третье: скрывающий контур. Для Изнанки ты должен стать невидимым, иначе ты даже не поймешь, как умрешь в муках.
— Четвёртое… И главное. Воля — это контроль. Контроль над своими эмоциями. Любая сильная эмоция ломает печать. Ярость… Паника… Эйфория… Любовь…
Я хотел сказать, что я человек, что мне бывает страшно, а бывает радостно, и я понятия не имею, как мне всё это контролировать, но в этот момент где-то далеко, за стенами зала, словно кто-то провёл когтями по стеклу. Моя голова чуть было не взорвалась от этого ужасного звука, но Маршал даже не повернул головы.
— Они слушают. Всегда и везде.
У меня пересохло во рту.
— Тогда что мне делать?
— Принять.
Он шагнул ближе, от него пахнула невероятной мощью, так, что у меня перехватило дыхание, и я понял, что он сейчас приветствует и проверяет того, кто решил стать частью чего-то большего.
— Принять судьбу.
Он выдержал короткую паузу, словно позволял мне немного подумать, прежде чем мысль станет решением.
— Готов ли ты, Виктор? Готов ли ты принять факт, что твоя жизнь больше не будет тебе принадлежать? Что ты посвятишь свою оставшуюся жизнь служению человечеству?
Перед глазами вспыхнули лица… Умирающий отец и его рыцари, мрачный Ульрих, который не смог выполнить свою клятву и защитить меня, Александр и Вальтер, которые пожертвовали собой, чтобы я жил дальше, люди, которых я вытаскивал из воды на переправе, люди, которых довёл до стены и оставил за воротами, и Олег, который теперь со мной и который полностью зависит от меня и от моих решений.