Его палец переместился дальше, указывая на едва различимую линию, где зелень становилась темнее и гуще:
— За ней начинается зона Средней опасности. Звери от второй до четвёртой ступени. Туда ходят только опытные.
— А дальше? — хрипло спросил Барут.
— Дальше — зона Максимальной опасности, — голос Всеволода стал серьёзнее. — Твари пятой ступени и выше, вплоть до десятой, которые могут сунуться из Хребта. Место, где даже Звероловы самых высоких ступеней предпочитают не задерживаться надолго.
Тимофей покачал головой:
— Я торгую уже двадцать лет, но в Среднюю зону заходил всего три раза. И то — только по краю и очень важному случаю.
— А в самом центре? Ещё дальше? Там что? Хребет Раскола, так ведь? — не удержался Стёпка.
Всеволод медленно повернулся ко мне, и в его глазах мелькнуло что-то тревожное:
— В самом центре находится Хребет Раскола, верно. Место, где реальность… треснула. Откуда всё это, — он обвёл рукой весь лес, — постоянно лезет в наш мир.
Стёпа сглотнул:
— Лезет?
— Словно из незаживающей раны, — кивнул Всеволод. — Бесчисленные полчища магических тварей. Они рождаются там, в самой сердцевине, и расползаются кольцами во все стороны. Большую часть времени они истребляют друг друга — сильные пожирают слабых, устанавливают территории, ведут свои звериные войны.
— Большую часть времени? — уловил я ключевые слова.
— Но иногда, — продолжил Всеволод, и его голос стал мрачнее, — они объединяются. Формируют орды и идут войной на наши города и земли.
Меня охватил холод. То, что я видел перед собой — это живая, дышащая угроза размером с целое королевство, постоянно порождающая новые опасности.
— Сколько таких… мест? — спросил я.
— По всему континенту? Достаточно, — ответил Тимофей. — И каждый живёт по своим законам. В некоторых звери более агрессивны, в других — хитрее. Есть морские Расколы, горные, подземные…
— И все они такие же огромные?
— Некоторые даже больше, — мрачно усмехнулся Всеволод. — Тот, что ты видишь — средний по размерам. А ещё есть Великий Раскол на севере континента. Ты думал, что Раскол, который ты видел из своей деревушки… Ты думал, он один? Нет, Макс. Их много.
Я почувствовал, как мой мир снова переворачивается.
В потоковом ядре Режиссёр передал мне волну благоговения перед магией. Рыси чувствовали что-то в этом бескрайнем лесу — зов крови, память предков о временах, когда их виды только формировались в глубинах Раскола.
— Теперь ты понимаешь, — тихо сказал Всеволод, — почему каждый талантливый Зверолов на вес золота? Почему бароны и короли готовы платить любые деньги за услуги тех, кто может войти туда и вернуться живым?
Я ошарашенно кивнул. Внезапно моя победа над Ефимом, мои планы зверофермы, даже поимка Королевских рысей — всё это показалось мне первыми неуверенными шагами младенца в огромном, полном опасностей мире.
Меня мучил один вопрос:
— А города ли?
Роман, стоявший рядом со своим арбалетом, удивлённо повернулся ко мне:
— Что?
— Вы говорите, что звери нападают на города, — пояснил я, не отрывая взгляда от бескрайнего леса. — А может не на города?
Всеволод заинтересованно приподнял бровь, а Никита усмехнулся:
— Да ты о чём? Города не города.