— И как же их правильно беречь, по-твоему?
— Картины нельзя вешать на солнце: краски выцветают. И в сырых углах нельзя: плесень заводится. Рамы протирать сухой тряпкой, а холст — мягкой кисточкой из беличьего волоса. И ни в коем случае не мыть водой. Только сухая чистка.
Дядюшка слушал внимательно, потом спросил:
— Откуда ты это знаешь, Катюша?
— В книгах читала, — ответила я, чувствуя, как краснею. — И в журналах.
Он хмыкнул.
— И откуда в вашей провинции столько полезной литературы? Что-то я за братом, покойным Петром Ивановичем, не замечал любви к книгам.
Я опустила глаза. Каждый раз, когда приходится объяснять, откуда я что-то знаю, словно ходила по лезвию ножа.
«Будь осторожнее, — сказала я себе. — Еще немного, и дядюшка заподозрит неладное».
Чтобы перевести тему, я спросила:
— Дядюшка, а что с моим имением? Ведь я по закону наследница?
Он вздохнул, помолчал.
— Имение у тебя, Катюша, небольшое. Сорок душ, земли не очень хорошие, зато лес и речка. Дом, конечно, запущен. Староста там старый, уже не справляется.
— Почему же вы не оставили меня там? — спросила я. — Я бы…
— Боялся за тебя, — перебил он. — Ты была слаба, еле живая. А молодой барышне, даже ежели и с компаньонкой, среди чужих мужиков оставаться нельзя. Мало ли что кому в голову придет.
Я поняла. И благодарно кивнула.
— Имение остается за тобой, как приданое, — продолжал дядюшка. — Вот выйдешь замуж, муж и разберется, что с ним делать.
Я задумчиво поджала губы.
«Будь я все той же невеждой Катериной, — подумала я, — так бы оно и было. Но сейчас в ее теле Лидия Павловна, которая и сама бы подняла имение, дай только волю. Но увы, законы не на моей стороне. Эти чертовы правила приличия. Женщине в этом веке ничего нельзя...»
Дядюшка, заметив мое молчание, спросил:
— О чем задумалась, Катюша?
— Да так, — ответила я. — О будущем.
Он кивнул.
— Торопить тебя не буду. Время есть. Траур не прошел.
Я кивнула, но в голове уже крутился план. Не сейчас, но потом… Может, я смогу что-то сделать со своим имением сама. Или хотя бы не отдавать его в чужие руки.
Глава 11. Письмо и нежданный гость
Глава 11. Письмо и нежданный гость
Прошло несколько недель с того дня, как Дмитрий уехал. Лето уже вошло в полную силу, и я начала привыкать к новой размеренной жизни, когда утром, за завтраком, на двор въехал верховой.
Дядюшка выглянул в окно, потом вышел на крыльцо. Я слышала, как он с кем-то говорил, а когда вернулся, в руке у него был плотный сложенный лист, запечатанный сургучной печатью.
— Тебе, Катюша, — сказал он, передавая письмо. — Видно, Дмитрий без твоих советов не обходится.