Сорок третий 9: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

У него были руки прежнего Аврела. длинные пальцы, светлая кожа, едва заметный шрам у основания большого пальца, оставшийся после падения в патриаршем саду. Патриарх помнил этот день. Помнил мальчика, плакавшего не от боли, а от обиды, что упал на глазах у слуг, помнил, как сам накладывал узор лечения на руку, хотя рядом стояли лекари.

Теперь эти пальцы лежали на карте морских путей, и человек в теле его сына говорил так, будто память о саде принадлежала мёртвому языку.

— Шардал не хочет уничтожить Ларнас, — сказал Аврел. — По крайней мере, не сразу. Он хочет доказать, что Ларнас можно ограничить. Что наши храмы можно проверять, наших людей — допрашивать, а наши корабли — останавливать для досмотра. Если он добьётся этого, нам уже не помогут ни подвалы, ни стены.

— Поэтому нужно ударить по Шардалу раньше, — сказал Оверн.

— Нет, — ответил Аврел.

Оверн нахмурился.

— Нет?

— Удар по Шардалу сейчас будет выгоден им, — сказал Аврел. — Он покажет остальным правителям то, что им хотят показать. Ларнас испугался и сорвался первым. Они назовут свою помощь обороной от церковной угрозы и те, кто пока торгует с ними тайком, начнут помогать открыто. Те, кто ещё сомневается, получат повод.

— А ты предлагаешь ждать, пока они придут? — спросил Ронгар.

— Я предлагаю сделать так, чтобы к весне они пришли в другие правила войны.

В этих словах не звучало торжественности. Аврел произнёс их совершенно буднично, и от этого они прозвучали жёстко и твёрдо.

Мервен медленно отодвинул свои листы.

— Объясни.

Аврел повернулся к нему.

— У нас есть время. Не много, но достаточно. Штормы держат море пока Шардал собирает флот, союзники прячут помощь за торговлей, нейтралы ждут, слабые правители считают выгоду. Все они уверены, что к весне будут иметь дело с тем же Ларнасом, который знают. С островом, стенами, стражей, пушками и толпами фанатиков. И это ошибка, которую нужно сохранить до последнего дня.

Калдис прищурился.

— Ты говоришь о Машине?

— Да.

Несколько человек за столом переглянулись.

О Машине призыва в этом зале никто не любил говорить прямо. Она была слишком важной, слишком опасной, слишком связанной с прежними победами и нынешним страхом. Пока она давала нужные результаты, её называли даром, трудом, великой лестницей к исполнению высшей воли. Когда после промежуточного призыва прежний Аврел исчез, вокруг Машины выросли запреты, оговорки, временные предписания, молитвенные проверки, наблюдатели, дополнительные печати и советы людей, которые не понимали её до конца, но очень хотели иметь право остановить того, кто понимал больше.

Аврел выдержал паузу.

— Машина должна работать.

Мервен резко поднял голову.

— Работать? После того, что случилось с тобой?

Аврел посмотрел на него без раздражения.

— Именно после этого.

— Предстоятель, — сказал Калдис, и в его голосе впервые за всё утро появилась не богословская строгость, а живой страх. — Мы уже обсуждали это. Нельзя каждый раз считать удачей то, что нас не уничтожило. Промежуточный призыв не дал нам обещанного результата но он изменил тебя.

Патриарх молча смотрел в стол.

Слово «изменил» выглядело последней вежливостью, которую Калдис мог себе позволить при нём и Аврел не стал её оспаривать.

— Промежуточный призыв показал, что прежняя осторожность была удобной, но недостаточной. Машина тянула слишком мало, слишком редко и с ненужными ограничениями. Вы пытались получить силу, оставив за собой право бояться каждого шага. Теперь у вас нет такой роскоши.