Я не хотела врать, поэтому просто пожала плечами и честно выдала.
— Нет. Отец прибыл для того, чтобы сказать, что мы приглашены на его помолвку с какой-то леди Измирой.
Глава 6
Повисла гнетущая тишина, разбавляемая только треском поленьев в гостиной в камине.
Адалинда отшатнулась от перил и сделала несколько шагов вглубь коридора, приложила ладошку ко рту и, стараясь не закричать, развернулась и побежала в направлении комнаты леди Инесс.
Я не хотела врать своим детям.
Сколько я могла ещё убеждать и Руперта, и Адалинду, что все у нас хорошо и папа нас любит.
Это уже было даже бессмысленно.
Руперт, вздохнув, расправил плечи. И в этот момент Герберт прервал тишину.
— Рад тебя видеть, сын, — произнёс он высокомерно и выверено чётко. — Если у тебя есть какие-либо вопросы, мы с тобой их можем обсудить в моём кабинете чуть позднее. А на данный момент я должен проверить, как дела идут в поместье и что нового мне может рассказать твоя матушка.
Герберт цедил каждое слово так, словно бы оно было на вес золота.
— Я не хочу с тобой ни о чем разговаривать, и твоего присутствия в нашем доме я тоже не хочу, — медленно произнёс сын, подбирая такую формулировку, чтобы невозможно было наказать за неуважение. И чтобы было понятно, что теперь Герберт не образец для подражания и уж явно не тот, на кого будут равняться.
Герберт вскинул подбородок, складывая руки на груди.
— Если мне не изменяет память, это поместье моей прабабки.
Я бросила косой взгляд на бывшего мужа.
— Если мне не изменяет память, — все так же медленно и обходительно добавил сын, — то на это поместье дарственная подписанная твоей рукой, заверенная печатью рода для матери. Это же самое лучшее, что может дать такой человек, как ты своей недостойной семье.
Руперт зло усмехнулся, не сдержав эмоции.
Своей. Недостойной. Семье…
— Руперт, если ты мне хочешь высказать претензии, то мы всегда с тобой можем поговорить по-мужски, — холодно бросил Герберт, и я вздохнула.
— Нет, Герберт, если у тебя есть претензии, то мы можем их обсудить как цивилизованные люди, но это не означает, что горячий обед и кров тебе будет предоставлен в стенах этого дома.
Руперт сделал несколько шагов назад и склонил голову, показывая мне, что готов прийти на помощь.
Я медленно прикрыла глаза, показывая сыну, что я его услышала, я его поняла.
Когда мы остались в прихожей наедине, Герберт процедил сквозь зубы.
— Ты не только сама испортила характер себе, но и потакаешь в этом детям.
— Если твоё приглашение имеет такую важность и ценность, что ты на протяжении целой ночи добирался сюда, то думаю, ты прогадал, потому что тебе придётся сейчас сесть в карету и отправиться обратно в столицу.
— Я отправлюсь обратно в столицу, но только после того, как удостоверюсь, что все в этом поместье идёт так, как я планировал и ничего от меня не скрывается.
Я хватанула воздух губами, не желая принимать действительность, которую пытался меня вменить Герберт.
Он специально показывал свою власть надо мной, мою зависимость. Ведь так принято в нашем мире, что жена собственность мужа и какой бы талантливой она не была, какой бы родовитой не оказалась, эту прописную истину ничего не сломит.
Я медленно развернулась в сторону коридора и прошла к дверям, которые вели в старый прадедов кабинет.
Все так же пахло старым бренди.