Пыль вокруг него лежала ровным серым слоем. Узкий прямоугольник чистого дерева был заметен из дверей склада.
— Что здесь стояло? — спросил я.
Смотритель Фенн вытянулся по стойке «смирно». Он прослужил в тыловых частях двадцать лет и умел выглядеть виноватым ещё до того, как понимал вопрос.
— Не могу знать, господин генерал.
— Можете. Это ваш склад.
— Образцы выдаются по требованию комиссии, господин генерал.
— Какой образец?
Фенн посмотрел на Ивара.
Ивар держал журнал выдачи. Утром он нашёл три номера, которые повторялись в моих ведомостях и назначениях Берга. Партия 44-А поступила в столицу два месяца назад. 47-Б сначала ушла в Кайрскую крепость, где я находился тридцать два дня назад, затем остаток вернули на центральный склад и выдали нескольким офицерам. 49-В прибыла десять дней назад.
Мой домашний флакон относился к 47-Б.
Берг получал её дважды.
— Отвечайте смотрителю, — сказал Ивар.
— Сорок семь Б, господин генерал. Но я не выдавал. У меня всякая выдача под подпись.
— В журнале подписи нет, — заметила Лея.
Фенн побледнел ещё сильнее.
Мы находились в закрытой части Главного военного склада. Каменные стены уходили вверх на три этажа, вдоль галерей тянулись полки. На нижних хранились ящики с бинтами, инструментами и обычными лекарствами. Драконьи составы держали в отдельной комнате за железной дверью. Замок не был взломан. Пломба на дверной раме выглядела целой.
Пломбу Мара рассматривала через увеличительное стекло.
Она пришла в тёмном рабочем платье и короткой шерстяной накидке. Серую косынку сменила на чёрную, чтобы волосы не выбивались при работе. На поясе висел футляр с инструментами. Охранник дважды пытался его отобрать. Дважды получил от Леи объяснение, что без инструментов эксперт на складе бесполезен.
— Воск нагревали, — сказала Мара.
Фенн повернулся к ней.
— Пломба цела.
— Рисунок цел. Край размягчали и снова прижимали к камню. Видите двойную кромку?
Она передала стекло Лее. Та посмотрела, затем Ивару. Я остался у полки. Наклоняться к мелкой пломбе после вчерашнего приступа было плохой идеей: при резком движении в груди возникал короткий холодный спазм. В журнале симптомов уже стояли три записи за утро. Я ненавидел каждую.
— Кто имеет ключ? — спросила Лея.
— Я, начальник склада и цеховой инспектор, — ответил Фенн.
— Имя инспектора.
— Господин Ивен Роут.
— Когда он был здесь последний раз?
— Позавчера.
— После смерти капитана Берга?