— Законно осужденные останутся.
— Кто решит? Реван, разрушивший мост? Эрис, лечившая беглецов? Каэл, убивший солдат?
Он назвал настоящую вину каждого. В этом была сила Оскара: он не нуждался в полной лжи.
— Решит суд с доступом к полным делам, — ответила я.
— Судьи живут за щитом, который ты собираешься погасить.
— Мы восстанавливаем геотермальный канал и ищем добровольные источники.
— За два дня?
— За столько, сколько понадобится. Принудительный отбор будет уменьшаться по мере замены.
— Пока город остается под угрозой.
— Город уже под угрозой системы, которую никто не проверяет.
Оскар вздохнул.
— Ты научилась говорить их словами.
— Чьими?
— Людей, которые считают любое ограничение угнетением.
— Каэл добровольно вернулся в камеру. Орс остается заперт по законному приговору. Эрис вышла по решению судьи. Где здесь отсутствие ограничений?
Он перевел взгляд на Каэла.
— Вы хорошо выбрали себе защитника.
— Я не защищал смотрительницу, — сказал Каэл. — Она умеет читать.
— Вы используете ее чувство вины.
— Это говорите вы?
Я остановила их.
— Оскар, зачем тебе сосуд Каэла?
— Для щита.
— Почему приказ на его использование датирован раньше нападения?
Впервые он не ответил сразу.
— Палата готовила резервный источник на случай согласия рода.
— Согласия не было.
— Совет родов вел переговоры.
— Покажи протокол.
— Он в столице.