— Если Харт найдет, отправит копии в Палату.
— Почему вы не отправили?
— Потому что хочу понять, зачем старший обвинитель прислал сюда бывшую жену с уликами против себя.
— Чтобы закрыть нас в одном месте.
Мара не рассмеялась.
— Пойдемте к пустым табличкам.
На четвертом уровне она оставила двух стражников у решетки и открыла первый смотровой паз.
В камере сидела женщина с медно-рыжими волосами, коротко обрезанными у шеи. На руках — серые браслеты. Возраст определить было трудно: лицо молодое, взгляд старше.
— Назовите себя, — сказала я.
— Вы уже лишили меня имени.
— Я приехала вчера.
— А сводку написали три года назад.
У меня похолодела спина.
— Откуда вы знаете?
— На допросе обвинитель читал заключение. «Систематически использовала запрещенную магию для помощи лицам, уклоняющимся от законного задержания». Красивый почерк, короткие строки.
Мои слова. Я помнила формулировку.
— Ваше обычное имя?
— Найдите дело.
— Чтобы найти, мне нужен хотя бы номер.
— Если назову, печь услышит.
Она отвернулась.
Во второй камере находился пожилой мужчина. Он назвал себя Сорок пятым и больше не сказал ничего. В третьей — худой юноша, который утверждал, что не помнит имени. В четвертой лежал дракон с белыми от инея ресницами. Пятая камера была пуста.
— Где заключенный? — спросила я.
Мара проверила замок.
— Утром отвечал.
— Кто?
— Сорок восьмой.
На полу лежала миска с вчерашней кашей. Пыль у двери не была нарушена. В углу темнела аккуратно сложенная тюремная одежда.
— Человек не исчез за несколько часов, не открыв дверь.
— Дракон мог уменьшить форму.