Warhammer 40,000. Семь Клятв Святой Девы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Артель Восс, — перечислил он. — Два офицера с Горловины. Трое из пенитентной партии. По ним у вас нет медицинского или технического запрета. Есть рапорт о голосе через Иллара и решение первого поста.

Серафим ответил спокойно, голос его прозвучал так же ровно, как если бы он обсуждал утренний развод караулов.

— Этого достаточно, чтобы тела не шли через мой клятвенный допуск до рассмотрения рапорта, — сказал он.

— Для Иллара — да, — согласился церемониймейстер. — Для всей партии — спорно.

Тимон резко поднял глаза, и я увидел, как на его лице проступила та детская непосредственность, которая постоянно заставляла его лезть не в свои дела.

— Но голос сказал… — начал он.

Марта сжала его плечо и поставила на место одним движением, которое было одновременно и жестом защиты, и жестом наказания.

— Тебя не спрашивали, — сказала она тихо, но в этих тихих словах было больше силы, чем в крике.

— Я только хотел… — попробовал оправдаться Тимон.

— Когда спросят, повторишь слова, — отрезала Марта. — Без «я хотел».

Тимон закрыл рот, и его лицо стало белым, как саван на столе, но он выдержал и не отвёл взгляда.

Церемониймейстер не стал расспрашивать его сразу — свидетеля лучше было оставить на потом, при Вейне, писце и аппаратах записи, когда каждое слово ляжет в протокол.

Вейн сделал шаг вперёд, пластины его брони тихо скрипнули, как старая сбруя перед атакой.

— По Иллару я услышал врача и техножреца, — сказал он, слова его падали как камни в стоячую воду. — Теперь я хочу услышать по остальным. Если первый пост остановил всю рассветную партию, дайте причину по всей партии.

— Голос сказал «никаких мертвецов», — ответил Серафим.

— Я слышу слова первого поста, — сказал Вейн, и его голос стал ещё спокойнее, отчего сделался только опаснее. — Теперь я хочу услышать свидетелей.

Марта чуть повернула Тимона к столу — не толкнула, не спрятала за спину, а просто поставила так, чтобы мальчишка отвечал при всех и не мог искать глазами выход, потому что выхода не было.

Вейн посмотрел на меня, и я почувствовал на себе его тяжёлый, испытующий взгляд.

— Санитар Кром, — сказал он. — Какие слова вы слышали?

Я ответил без лишних подробностей, стараясь говорить только то, что запомнил, не добавляя при этом ни своих мыслей, ни догадок:

— «Никаких мертвецов не надо. Я больше не могу». Потом: «Я Вероника». Потом про белые руки и сладкий голос той, которой нужна только боль. Потом: «Санитар, ты не отпускаешь мёртвых без имени». И ещё: «Удержи и моё. Запомни меня Вероникой».

Церемониймейстер перевёл взгляд на свёртки саванов, и я заметил, как дёрнулся угол его рта.

— Вы понимаете, что говорите? — спросил он, но теперь это не было раздражением, скорее, в его голосе впервые послышалось что-то похожее на страх.

— Да, — ответил я. — Поэтому я и записал это как показания, а не как настроение после бессонной ночи.

Вейн продолжил допрос, не давая церемониймейстеру вставить слово:

— Прибор записал эти слова?

— Нет, — сказал я. — Ленту перекосило, датчики ничего не дали, а после контакта мембрана порвалась.

— Сейчас повторить голос нельзя?

— Через этот имплант — нельзя. Ливий уже сказал.

Вейн перевёл взгляд на Тимона, и я увидел, как мальчишка вытянулся по струнке.