Warhammer 40,000. Семь Клятв Святой Девы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но здесь, в малой санитарной крипте, у нас было тело Иллара Дорна, запись прибора и обрывок записи, на которой мы обнаружили слова «не вести».

— Старший медикатор, — обратился я. — После такого мы же к саркофагу тело не повезём?

— Нет, Кром, — ответил он. — После такого мы сначала узнаем, кто говорит через имплант мёртвого.

Тимон тихо спросил:

— А если он повторит?

Медикатор посмотрел на пульт, потом на меня.

— Тогда запишем. Ещё раз, ещё раз и столько раз, сколько понадобится. Чудо, ересь, пророчество, предвестие или чужая грязная работа, мы это выясним и найдём источник. Уже после решим, что нам с этим делать и делать ли что-то вообще.

Это было немного, но я остался доволен решением старшего медикатора разобраться в ситуации.

ПЕСНЬ ПЯТАЯ

Медикатор не дал нам долго пялиться на пульт.

— Дверь закрыть. Запись не стирать. Стол не двигать.

Сервитор у входа повернул голову к красной пластине допуска, вставил латунный ключ в гнездо и провернул его до упора. За створкой щёлкнул тяжёлый запор. Обычный звук, без литаний и постно-торжественных рож. И мне он понравился. После такого щелчка связиста уже не увезёшь наверх по первому требованию.

Тимон смотрел на горло Иллара Дорна так, будто ждал, что мёртвый сейчас опять начнёт говорить.

— Это он сказал?

Медикатор снял пальцы с края пульта.

— Прибор записал речевой обрывок.

— Но слова были… И мы все их слышали. И поняли…

— Были.

— Значит, он говорил?

Медикатор снял с катушки тонкую ленту записи, положил её на металлическую подставку и только потом повернулся к Тимону.

— Если ты сейчас скажешь «это голос связиста», тебе станет спокойнее. Минут на пять. Потом сверху придёт человек с толстой цепью и объяснит, что у тебя уши от страха слышали сквозняк. А вот если в протоколе будет «прибор записал речевой обрывок», ему придётся спорить не с тобой, а с лентой. С лентой спорить уже сложнее. Она не краснеет, не путается и не хочет жить.

Тимон уже набрал воздух для возражения, но глянул на пульт и проглотил слова.

— Вот, — сказал я. — Начинаешь приносить пользу.

— Я просто пытаюсь понять.

— Потом поймёшь. Сейчас стой, не трогай стол и запоминай, что видел.

Медикатор кивнул.

— Кром прав. Свидетель, который сразу всё понял, обычно приносит в протокол половину собственного испуга. А свидетель, который честно испугался и молчал, иногда ещё годится в дело.

Тимон прижал руки к бокам. Мальчишка понял хотя бы, что рядом со столом лучше не махать конечностями.

Медикатор открыл шкаф, достал плоскую вокс-пластину в свинцовой оправе и осмотрел край. Пластина была с ладонь, с пустым полем под служебную метку и старой молитвенной царапиной сбоку. Он вставил её в приёмник, нажал две клавиши. Красная строка на экране мигнула.