Warhammer 40,000. Семь Клятв Святой Девы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А вы что написали? — спросил я.

— «После обряда активность отсутствует». Я стараюсь писать так, чтобы потом сам себя понял.

Тимон посмотрел на карточки.

— Почему об этом никто не знает?

Медикатор аккуратно сложил карточки в ряд, чтобы края совпадали.

— Почему не знают? Знают. Но наверху больше любят слова «умиротворение», «благодать», «принятие святыней» и «благость».

— Значит, саркофаг…

— Я не произнёс слова «значит», подмастерье, — перебил Тимона медикатор. — Я сказал, что «вижу разницу». Это немного разные понятия.

Он посмотрел на связиста, и улыбка с его лица ушла.

— Я не знаю, что именно делает саркофаг и делает ли это саркофаг, что-то ещё или сама Святая Вероника.

Тимон сглотнул.

— А если это ЕЁ милость?

Вопрос вышел тихий, но не прозвучал глупо или поспешно. После Аврелии, после Артеля Восса, после белой перчатки и спокойной смерти он должен был спросить именно это. Если бы не спросил, значит, он вообще ничего не понял.

— Если саркофаг забирает боль, — продолжил Тимон, уже смелее, — разве это плохо? Мёртвому же уже не больно.

Я хотел осадить Тимона, но медикатор поднял ладонь. Он не дал мне заткнуть его грубостью.

— Очень хороший вопрос, юноша, — похвалил он.

Тимон удивился.

— Правда?

— О, да. Редко, но случается со всеми.

Медикатор взял чистую ткань и протёр край шейной пластины у связиста. Делал он это осторожно, без лишнего нажима.

— Если это милость, она переживёт и стол, и прибор, и протокольную запись. Милость Бога-Императора или нашей Святой не развалится и не прокиснет от того, что один старый медикатор посмотрит на неё через считыватель.

— А если развалится? — спросил Тимон.

— Тогда это точно никакая не милость и не чудо, юноша.

Я посмотрел на тело связиста.

— Когда у тела что-то забирают, я называю это не милостью, а воровством.

Медикатор повернул ко мне голову.

— Вот теперь вы сказали грубо, но очень точно.

Тимон перевёл взгляд с меня на него.

— А если свидетели есть?

— Тогда это уже работа, за которую кто-то должен ответить, — сказал медикатор. — И лучше, если для разнообразия ответит кто-нибудь живой.