Сила рода: от дедова дар: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Она пошла дальше. Что-то в этом Ратмире было не так. Слишком он легко вписался. Слишком быстро оказался в нужном месте. Но сейчас ей было не до него. Сейчас её ждал Радомир. И первый настоящий урок.

Она ускорила шаг. Лес расступался перед ней, тропа становилась знакомой, почти родной. И где-то в вышине, над верхушками сосен, бесшумной тенью скользил филин. Её филин. Её дар. Её сила.

Впервые за много лет Ярослава не чувствовала себя одинокой.

Глава 5. Осколки

Дом встретил её тишиной — и это была плохая тишина.

Ярослава вернулась от Миланы затемно, усталая и опустошённая разговором. В окнах терема горел свет, но внутри не слышалось ни голосов, ни шагов. Только тишина — густая, вязкая, как вода в застоявшемся пруду. Такая тишина не предвещала ничего хорошего.

Она вошла через чёрный ход, стараясь не скрипеть половицами. Сняла плащ, отряхнула сапоги от налипшей хвои. Хотела проскользнуть в свою комнату незамеченной — но на лестнице её уже ждали.

Мать стояла на верхней ступеньке, скрестив руки на груди. Рядом переминалась Вера с таким выражением лица, словно ей только что подарили лучший подарок в жизни. Лиза выглядывала из-за её плеча с плохо скрытым любопытством.

— Явилась, — сказала мать. Голос был тихим, но от этого тихого голоса веяло холодом сильнее, чем от самого лютого мороза. — Где ты была?

— У Миланы, — сказала Ярослава, не останавливаясь. — Я же предупредила.

— Ты сказала — за травами. До обеда. — Мать шагнула вперёд, загораживая проход. — Сейчас ночь на дворе.

— Я задержалась.

— Задержалась, — повторила мать, и в этом слове было столько яда, что Ярослава невольно отступила на шаг. — Вера говорит, ты ходила к этому… дружиннику. У колодца. Стояла, разговаривала. Полдня.

Ярослава бросила короткий взгляд на Веру. Та опустила глаза, но уголки губ у неё подрагивали — не то от страха, не то от плохо скрытого удовольствия.

— Я с ним говорила, — признала Ярослава. — И что?

— Что? — мать шагнула ближе. — Ты — незамужняя девица из старого рода. К нам только что сваха приезжала. Завтра вся деревня будет судачить, что дочь Белозеровых вешается на шею заезжему дружиннику. Ты понимаешь, чем это пахнет? Рогозины откажут! Приданое псу под хвост! Позор на весь род!

— Может, это и к лучшему, — сказала Ярослава. — Я не хочу за Рогозина.

Повисла пауза. Вера перестала дышать. Лиза вцепилась в её локоть.

— Что ты сказала? — переспросила мать.

— Я не хочу замуж за Рогозина. Я вообще не хочу замуж. Не сейчас. Может, никогда.

Мать смотрела на неё долго. Молча. И в этом молчании было больше страшного, чем в любых криках.

— Ты — моя дочь, — сказала она наконец, и каждое слово падало, как камень. — Ты будешь делать то, что я скажу. Ты выйдешь за того, за кого я решу. Ты будешь плести вязь. Ты будешь носить обереги. Ты будешь такой, какой должна быть женщина нашего рода. А не…

Она запнулась. Но Ярослава уже поняла, что сейчас прозвучит.

— А не кем? — спросила она тихо. — Договаривай.

— А не позорищем, — отрезала мать. — Ты и так с детства как бельмо на глазу. Вязь в руках горит. Обереги рассыпаются. Дара женского нет. Теперь ещё и дружинник этот. Может, ты мне скажешь, что с тобой не так?

Внутри Ярославы что-то натянулось. Туго. До звона. Как тетива, которую оттянули до предела и держат, не отпуская.

— Со мной всё так, — сказала она. — Это с вами что-то не так.

— Что ты сказала?

— Я сказала — со мной всё так. — Она подняла голову и посмотрела матери прямо в глаза. — У меня есть дар. Просто он не такой, как вы хотели. Не женский. Не для вязи. Он мужской. Воинский. И он сильнее всего, что есть в этом доме. Вместе взятого.

Вера ахнула. Лиза прижала ладонь ко рту. Мать побледнела — не от страха, а от ярости.