Дипломат. Игры компромиссов 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ой, это я к приему вашему готовлюсь, — Альбина не могла сдержать радости. — Надо выглядеть соответствующим образом: при этом не оказаться лучше Истоминой, и не попасться на заметку Ледниковой.

— Это так важно?

— Костик, ты что забыл, про наше «кримпленовое министерство чужих дел»?

— Кримпленовое что?

— Костя, тормозишь. У тебя и вправду что-то случилось. Женсовет наш посольский! Твой Игорь Прокопьевич перед ними — первоклассник-двоечник.

— Прямо-таки?

— Если бы твоя докторша попалась в их поле зрения до того, как порешала свои вопросы, никакая Серафима ей не помогла бы. Это вы, мужчины, думаете, что вас на высокие должности Андрей Андреевич утверждает!

— Только не говори, что это делают ваши тетки.

— Поверь мне! Я с детства помню, сколько усилий и находчивости приходилось проявлять папе, когда эти гарпии решали сожрать кого-то из его подчиненных. Контора отдыхает! Святая простота, искреннее возмущение — и все ради высоких идеалов. Вот, смотри! — Альбина протянула ему лист бумаги.

— Что это?

— Повестка дня очередного заседания женсовета.

Стрелец взял листок. Что за бред? Он не верил своим глазам. Первым пунктом шел вопрос «О несоответствии внешнего вида референта Зотова высокому званию советского дипломатического работника». Вторым — «Борьба с вещизмом, как проявлением буржуазного разложения». Подпись: «Председатель женсовета М. Г. Ледникова».

«Вот гад, и тут подстраховался», — подумал Стрелец. Выбить из обоймы племянника Дамбицкого накануне визита высокой делегации — это не просто интрига. Это похоже на объявление войны.

— Альбиночка, а где вы собираетесь?

— Так в актовом зале.

— И что, прямо все женщины посольства там будут?

— Все: и жены, и сотрудницы, все до одной. Попробуй не прийди — сама станешь жертвой этих ворон. Гадина эта Ледникова, святоша недоделанная… Спит и видит, как собственного протеже пристроить на место Зотова. А Зотов, хоть и молодой, языки знает, быстро учится, не боится делать ошибки и в чужие дела не лезет. Отправят парня на родину в двадцать четыре часа — и поминай как звали.

— Ты это серьезно?

— Куда уж серьезнее. Забыл, как в прошлом году Толика Демичева услали в Союз? И плевать всем было на заслуги. В джинсах, видите ли, в выходной на работу приперся, музыку слушает буржуазную. А то, что здесь другой ни по радио, ни по телевизору не крутят, это для них — не аргумент. Что он пахал за троих — пофигу. Помогал эти мымрам с детьми: кому логопеда найти, кому репетитора по музыке, кому пианино купить подешевле. Это все не считается! Потом себя за хвост кусали, да было поздно. Оказалось, что на Толике столько вопросов держалось. Зато оттянулись по полной.

— И кто там у вас командует парадом?

— А то ты не знаешь⁈ Ледникова и командует. Комсомолка несостоявшаяся! Представляешь, заявляет мне на днях: «Что это у вас, Альбиночка, помада такая яркая? Не слишком ли вызывающе для жены дипломата?»

— И что ты ей ответила?

— Я ей ответила, что помада у меня в цвет Красного знамени! Или может ей это не нравится?

— А она что?

— Проглотила. Даже эта активистка понимает, что с папой ей ссориться не с руки.

— Альбина, ты себе даже не представляешь, как ты мне помогла! — он крепко обнял жену. — Во сколько у вас это собрание?

— В полдень.

Глава 14

ЖЕНСОВЕТ

Марфа Григорьевна Ледникова по натуре была женщиной равнодушной, но правила жизни, усвоенные в процессе борьбы за место под солнцем, научили ее не только тонкостям поведения совзагранработника, но и умению защищать интересы семьи. Свой первый женсовет она возглавила еще в Венгрии, где ее дорогой Юрий Антонович служил в должности политического советника. Именно там советская домохозяйка поняла, каким грозным оружием может стать этот «дамский клуб».

В бигуди и персиковой ночной сорочке, украшенной кремовыми кружевами, небрежно накинув персиковый же стеганный халатик из нейлона, она стояла перед трюмо. Марфа Григорьевна репетировала речь, призванную навсегда заклеймить «морального разложенца» Зотова. Она так увлеклась, что проглядела, как манная каша, которую она на протяжении пятнадцати лет варила мужу на завтрак, выбежала из кастрюли и некрасиво залила плиту. В квартире мгновенно завоняло подгорелым молоком. Из кухни послышался грохот, и в конце концов раздался недовольный голос Ледникова: