Дипломат. Игры компромиссов 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 1

ОТ СУДЬБЫ НЕ УЙДЕШЬ

По общему мнению, Евгений Борисович Стрелец появился на свет с серебряной ложкой во рту. Его прадед по линии отца был знаменитым красным командиром, одним из столпов коммунистической партии и советского государства. В разных городах СССР его именем были названы улицы и даже несколько проспектов. Прадед со стороны матери руководил советской наукой. Кажущиеся далекими с высоты сегодняшнего дня предки дали такой мощный старт наследникам, что каждое следующее поколение умудрялось не только не растерять, но и приумножить достижения семьи.

Отец Евгения, Борис Алексеевич Стрелец, в буквальном смысле вырос на коленях людей, чьи лица соотечественники видели исключительно на портретах членов Политбюро. Это предопределило его высокое место в системе государственного управления СССР. Мама выбрала музейное дело. Благодаря своим собственным усилиям и — не без поддержки влиятельных друзей семьи — ей удалось вернуть на родину работы выдающихся русских художников первой половины ХХ века. Любимая сестра Ариадна вышла замуж за немецкого промышленника и теперь бывала в России только наездами. В общем и целом, распад Советского Союза, если и отразился на положении семьи, то исключительно в лучшую сторону. Власть, сконцентрированная в руках Бориса Алексеевича, только укрепилась.

Женя был младшим и самым любимым ребенком в семье. Он родился в первой половине восьмидесятых, на изломе советской эпохи. После смерти Брежнева началась череда скоропостижных смен вождей, которая продолжалась вплоть до прихода Горбачева. К тому моменту, когда Стрелец-младший научился критически воспринимать окружающий мир, от атрибутов советской системы уже мало что осталось.

Мальчик с раннего детства понимал преимущества, которые достались ему по праву рождения, но не злоупотреблял ими. Он искренне хотел вырасти достойным продолжателем дела своего легендарного прадеда — командира конармии. Но, к сожалению, от военной карьеры пришлось отказаться по соображениям медицинского характера. Ариадна, которая прекрасно знала о тайных мечтах брата, беззлобно посмеивалась над ним. Она дразнила Женю тем, что ему, как ни крути, придется пойти по стопам прадеда-академика. Подростком он сильно злился на сестру, но со временем понял: не место красит человека, а человек — место.

Когда пришла пора выбирать профессию, Евгений решил посвятить себя дипломатии. Он без проблем поступил в МГИМО, учился не за страх, а за совесть и окончил вуз с красным дипломом. Впереди маячила блестящая карьера на Смоленской площади. Стрельца-младшего распределили в Департамент новых вызовов и угроз, курировавший борьбу с международным терроризмом, оргпреступностью, наркотрафиком и коррупцией. И хотя должность была сугубо гражданской, в глазах самого Евгения она оставляла место для детской мечты о подвиге.

Однако будни оказались совсем не такими динамичными, как он себе представлял. Поначалу его обязанности сводились к анализу и составлению отчетов о борьбе с международным наркобизнесом. Позже ему поручили координировать проекты по контролю за оборотом запрещенных веществ и противодействию трансграничной преступности. Молодой атташе из кожи вон лез, чтобы его заметили и отправили на передовую. И удача не заставила себя долго ждать.

Руководство обратило внимание на ответственного и старательного молодого атташе. Когда открылась вакансия третьего секретаря политического блока, его отправили в Кабул. Там, помимо прочего, Евгению надлежало обеспечивать деятельность сотрудников ФСКН, работавших в Афганистане под дипломатическим прикрытием. Поток опиатов, поступавших в Россию по так называемому Северному маршруту, к концу нулевых превратился в катастрофическую проблему. В декабре две тысячи восьмого стороны подписали межправительственное соглашение о сотрудничестве, после чего присутствие российских оперативников на афганской земле обрело официальный правовой статус, и они смогли действовать открыто.

Эта командировка придала новый смысл карьере Стрельца. Сотрудники ФСКН ценили парня за за честность, за неформальное отношение к делу и умение видеть любую проблему с неожиданной стороны. Со временем они стали брать его на операции «в поле», связанные с мониторингом посевов мака в труднодоступных районах. Каждая такая вылазка несла в себе значительную долю риска, но обеспечивала его неугомонную натуру необходимой дозой адреналина, которого Евгению так не хватало в кабинетной работе. Больше всего его поражала даже не жестокость, с которой боевики защищали свои посадки, а смертоносная красота бескрайних маковых полей, ежегодно дававших тысячи тонн опия.

Евгений полюбил контрастный афганский климат и неизменный желтовато-коричневый пейзаж. Даже холодная зима, пусть она и отличалась от домашней, доставляла ему удовольствие. Особенно Стрельцу нравилось яркое кабульское небо, остававшееся пронзительно-солнечным круглый год. Со временем он обзавелся друзьями не только среди соотечественников, но и среди местных жителей.

В Москву он вернулся уже на должность первого секретаря. Такому карьерному взлету в немалой степени способствовали блестящие характеристики и благодарности от руководства ФСКН и афганского правительства. Ему предлагали перейти в отдел по противодействию международной преступности, но Евгений предпочел остаться в родном подразделении. Практический опыт подсказывал, что в этой сфере он принесет максимальную пользу. Судьба зависимых людей вызывала в его душе искреннее сочувствие, а последствия распространения запрещенных веществ Стрелец считал сопоставимыми с масштабами разрушений от затяжных войн.

К тридцати четырем годам Стрелец стал одним из признанных в дипломатических кругах специалистов в области борьбы с оборотом наркотиков. В его новые обязанности теперь входило взаимодействие с соответствующими структурами ООН. Возможности, которые открывались благодаря глобальному сотрудничеству, поразили Стрельца. Они укрепили его веру в то, что победить это зло можно лишь сообща — через добрую волю всех государств и правительств, подготовку правоохранителей, а также просвещение и реабилитацию зависимых. Со временем Евгению стало узко в рамках мидовского кабинета. Он захотел попробовать изучить работу институтов ООН изнутри.

Попасть в структуры ООН можно было двумя путями: либо через командировку от министерства, либо через открытый конкурс и прямой контракт. Он рассчитывал именно на прикомандирование, но ожидание затянулось.

Впрочем, человек предполагает, а Бог располагает. Его студенческий товарищ Сережа Белов предложил не ждать милости от ведомства, а подать заявку в частном порядке.

— Если выгорит, — увлеченно повторял Белов, — мы сможем с ходу влиться в высшую лигу международной дипломатии. Тем более что условия, особенно финансовые, превосходят любые ожидания.

Родители Евгения оказались категорически против. Они настаивали, чтобы сын продолжал строить карьеру на Смоленской площади, но тот неожиданно уперся и подал анкету. По иронии судьбы Белову отказали, а Стрельца пригласили в Управление ООН по наркотикам и преступности (УНП ООН) — в штаб-квартиру, располагавшуюся в Вене.

— Евгений, тебе стоит отказаться от этой затеи, — Елизавета Максимовна, как обычно, обращалась к сыну сдержанно, но твердо.

— Мама, это не обсуждается. Я уже подписал контракт и еду в Австрию.

— Куда, прости, ты едешь?

— В Вену, в штаб-квартиру УНП ООН.

— Сынок, наша семья уже второе столетие участвует в управлении страной. Эта работа поставит крест на твоей карьере, — вмешался в разговор отец. — Ты ведь едешь как вольнонаемный, по контракту. А я бы хотел, чтобы ты представлял не только себя, но и государство.

— Папа, пойми, такая возможность выпадает не так часто, — упорствовал сын. — Я смогу приносить реальную пользу, координируя международные усилия по борьбе с этим злом. Победить этот преступный бизнес в рамках одной России невозможно. Для меня это совершенно новый уровень дипломатии.

— Господи, Евгений! Дипломатия работает там, где ты проводишь политику своей страны. В твоем же случае ты будешь выполнять задачи и реализовывать стратегию надправительственной организации, чьи интересы далеко не всегда совпадают с российскими, — жестко возразил отец.

— Папа, ну что ты такое говоришь? Россия — один из основных доноров ООН. Разве этого недостаточно?

— В большой дипломатии, сынок, работают нелинейные законы, так что я на твоем месте не стал бы обольщаться. Но дело даже не в этом, — признался отец, — позже мне будет чертовски сложно вернуть тебя в систему министерства.

— Мне кажется, ты преувеличиваешь!

— Я так понимаю, будем проверять на практике, кто и что здесь преувеличивает⁈

— Папа, в нашей в семье никто и никогда не искал легких путей. И я не хочу стать исключением.

— Ну что же, — Борис Алексеевич Стрелец подвел итог этому неприятному разговору, — в добрый путь, сынок!

— Спасибо! Я знал, что ты поймешь и с уважением отнесешься к моему выбору.