— А домой почему не вернулись, как всё закончилось? — строго спросил Валерка. — Там же отец с ума сходит!
— Мы заблудились, — признались дети. — И побоялись уходить. Оно же жуть какое, а ну как бы вырвалось, догнало и сожрало?
— Я могу, — клыкасто улыбнулось чудище.
— Давай теперь свою версию? — попросил парень. Несмотря на чудовищную улыбку и признание, бояться чудика не получалось. Было оно мягкое, уютное и пахло торфом и немного цветами.
— Они сами пришли, — ответил Чудо-Юдо. — Да, болотные огоньки — это мои слуги. Но вы поймите, я вынуждено так жить. Так жили мои деды и прадеды, я должен чем-то питаться, и они сами пересекли границу.
— А обязательно есть человечину? — перебил его Валерка. — Вы получаете из человечины какие-то особые микроэлементы и вещества?
— Чегось?
— А можно не людей есть, а, например, курицу?
— Господь с вами, барыня, — всплеснуло лапками существо и вновь трогательно ими прихватило край рубахи, — где я вам тут на болоте курицу возьму?
— И часто тут у вас люди пропадают? — повернулся Валерка к своим домочадцам. Те неуверенно переглянулись и пожали плечами.
— Слухи ходят, конечно, — неуверенно отозвался Прохор, — но я вот не знаю прям никого, чтоб пропал за последнее время.
— Я плохой охотник, — честно призналось чудище. — Честно говоря, в основном перебиваюсь зайцами и белками. Вчера вот хомячка поймало. Было вкусно, но мало.
— А ты вообще взрослое? — закралось сомнение парню. Он оторвал от себя существо, вытянул перед собой и вынес вердикт: — Ты вообще еще несовершеннолетний!
— Взрослое! — не согласилось чудище. — Мамка в том году выгнала со своего леса. Сказала, что я выросло и теперь могу само охотиться.
— Точно! — хлопнул себя по лбу Прохор. — В том году бабка одна пропала в селе. Пошла по грибы осенью да не вернулась.
— Было невкусно, — печально кивнуло существо. — А с той поры еще и грустно.
— Ну и что мне с тобой делать? — вздохнул парень. — Пирог будешь?
Глава 4, В КОТОРОЙ ВАЛЕРА МНОГО ГОВОРИТ и ОПЯТЬ УСТРАИВАЕТ ЧУЖИЕ СУДЬБЫ
— С мясом? — облизнулось Чудо-Юдо.
— С картошкой, — виновато отозвалась Парашка. — Был еще с капустой, но мы тут немного нервничали и съели. А есть вот еще с луком и яйцом, и сладкий с яблоками и медом.
Чудище печально вздохнуло и протянуло лапку. Лапка дрожала.
— Давай с луком и яйцом, чего уж там, — оно вздохнуло еще печальнее.
— А тебе вообще можно? — не сдержал любопытства Валерка, но существо уже выпустило его рубашку и обеими лапками схватилось за предложенное угощение. И зачавкало. — Я имею в виду, что если основой рациона твоего вида всегда было мясо, причем человеческое, то не будет ли тебе плохо с голимых углеводов? Тут же еще и дрожжи, которые в дикой природе редко встречаются. Хотя могут быть в хмельном человеке.
— Она всегда такой была? — прочавкало существо.
— Нет, — честно вздохнула кормилица и протянула пирожок уже Валерке. — После болезни разумом повредилась, а после свадьбы так совсем плохо стало. Но мы её всё равно любим.
— Это хорошо, — согласилось чудище. — Давайте с картошкой еще попробую.
— А зачем вы его связали? И в клетку засунули? — уточнил Валерка у пацанов, которые тоже подтянулись поближе и теперь вовсю уплетали пироги.
— Оно нас в ловушку заманивало, — прочавкал один из беспризорников. — У него тут яма выкопана да сверху прикрыта, мы бы туда тогось, и всё…
— Яму мы нашли, — кивнул Валерка. — Засыпать её надо, чтоб и в самом деле туда никто не тогось…
— А с ним что делать прикажете? — кивнул на чудище управляющий. Пара дюжих молодцев с лопатами, а среди прихваченного инвентаря и лопаты оказались, тут же принялись закапывать яму. Чудище вздохнуло и поскорее засунуло в пасть очередной пирожок. — Убить?