— Значит, вы поругались около ее машины.
— Да нет же! — возмутился Сорокин, затем сцепил пальцы и поник взглядом. — Со стороны могло показаться, что мы ругались, но я ушел и не видел, как она садится в машину. Я вообще не знаю, что было дальше.
— Ее задушили.
— Это не я! — вырвалось у Сорокина.
— У вас была возможность, и нет алиби.
Вот только с мотивом нет ясности, умолчала следователь. А у продюсера Сонина есть мотив — скандал ему на руку. Он вышел покурить, исчез из поля зрения камеры и вернулся в ресторан спустя пять минут. Вполне достаточно для такого способа убийства. Тем более, если делаешь это второй раз.
В ресторан зашел Валеев, ведя за собой Георгия Чантурия.
— Лена, режиссер приехал. Я решил его направить к тебе.
Бледный Чантурия прикладывал руку к сердцу и восклицал:
— Мне позвонил Сонин. Это ужасно. Я видел Лесю буквально час назад, здесь, за столиком.
— Хорошо, что вы приехали. Мне нужно задать вам несколько вопросов, — сказала Петелина.
— Я знаю, кто убил Лесю, — неожиданно заявил Чантурия.
Вид у него был такой, словно на него снизошло озарение.
— Кто? — стараясь не спугнуть удачу, спросила следователь.
— Когда я приехал сюда, то видел, как Нестеренко ссорилась около ресторана.
— С кем?
— Кажется, со своим бывшим мужем. Как там его… Фамилия такая смешная.
— Сухонос! — воскликнул Сорокин.
— Точно! — подтвердил режиссер.
Елене перевела вопросительный взгляд на Вадима Сорокина. Тот забормотал:
— Бывший ей звонил, пока мы ужинали. Леся ругалась: достал ты меня!
Валеев проверил телефон, найденный у убитой, и доложил:
— Есть. Три входящих от Глеба Сухоноса. Последний за час до смерти.
— Он сценарист. Они то ли в разводе, то ли нет, но вместе не живут, — пояснил Сорокин.
— Сухонос приехал к ресторану, и Нестеренко встретилась с ним? — уточнила Петелина.
— Я думал, она в туалет выходила. Но если Гоша видел…
— Они ругались, кажется, из-за денег, — припомнил Чантурия.
В этот момент в ресторан вбежал запыхавшийся Миша Устинов.
— Елен-Пална, я задержался по важной причине. Перепроверил тест. — Он окинул взглядом собравшихся, подошел к Петелиной и зашептал ей на ухо: — Точно установлено, что сперма на первой жертве принадлежит Вадиму Сорокину.
— Повтори, чтобы все слышали, — попросила следователь, уперев взгляд в актера.