— И в чем дело?
— У меня сомнения, что Живорез обезврежен.
— То есть?
— Объясняю, — начал было Головастик, но передумал и схватился за трубку: — Давайте позвоним судмедэксперту, и кое-что уточним. Хотя рабочее время закончилось, вам, как старшему следователю, он не откажет.
Пока Устинов искал и набирал номер, Елена достала чек из аптеки. Шприц-пистолет заряжается обычным одноразовым шприцем, как правило маленьким. Интересно, поместится ли туда пятидесятимиллиграммовый шприц? Правда, Варвара купила его только сегодня. Зачем?
Не успела Елена обдумать необычную покупку, как Миша сунул ей телефон.
— Добрый вечер, Елена Павловна, — услышала она в трубке голос Токаева. — Чем могу помочь?
Елена все еще смотрела на чек. Она вспомнила, что Токаев работал хирургом во Владикавказе и может прояснить назначение купленного лекарства. Хотя это не имеет отношения к расследованию, однако многолетняя привычка не упускать из виду ни одной мелочи сработала и сейчас.
Она прочла название и спросила:
— Вы знаете, для чего это лекарство?
— Кажется, из группы антидепрессантов. Точно не знаю, моя клиентура в нем не нуждается. А в чем дело, вы нашли препарат в крови Холодова?
— Нет. Тут Миша рвется задать вопрос.
Устинов в нетерпении показал на шприц и объяснял:
— Я установил препарат, который Холодов использовал для суицида. Это яд, вызывающий паралич дыхательных органов.
— Так и сеть, — подтвердил Токаев, услышавший криминалиста: — Смерть наступила в результате остановки дыхания. Я отразил это в заключении.
Устинов наклонился к трубке:
— Каково содержание препарата в крови?
— Концентрация превышает смертельную в четыре-пять раз, верный способ самоубийства. Он знал, что выбрать.
— Я так и думал. — Головастик обратился к Петелиной. — Этот яд действует мгновенно, достаточно пяти кубиков, а Холодов выдавил всю дозу, полный шприц.
— Чтобы быстро и наверняка.
— В том-то и дело, что это невозможно.
— Почему?
— Он бы потерял сознание раньше, чем опустошил этот шприц.
— А если сильно надавить? — предположила Петелина.
— Исключено. Игла слишком тонкая. Я сделал расчеты и провел эксперимент. Пять-десять миллилитров — и человек погибает. Предположим, по инерции еще десять миллилитров выдавилось. В любом случае, в шприце должно остаться как минимум половина препарата. И вторая неувязка. Он не мог бы удержать шприц в руке, шприц должен был выпасть.
— Ты намекаешь…
— Какие уж тут намеки. Для меня это доказанный факт. Холодову вложили шприц в руку после смерти.
— Иными словами…
— Его убили!
Повисла пауза. Елена понимала, что дотошный Головастик все проверил и перепроверил. Если он пришел к таким выводам, то они стопроцентные.