— По каким улицам? Покажи на карте. — Полковник указал на крупную карту города на стене.
Денис медленно подошел к карте. Нашел свой дом, стал неуверенно двигать пальцем, объясняя:
— Вот отсюда. Потом сюда. Тут покрутился полчаса и назад.
— Ага! В этом районе музыкальная школа. Там нашли выброшенный телефон Софьи Дороховой. Время и место совпадают. Отсюда вывод — ты похитил Софью!
— Нет.
— Куда ты ее увез?
— Я ездил один.
— Как докажешь? Кто тебя видел?
— Не знаю. Я просто катался по улицам, — в конец растерялся парень.
— Зато я знаю. Мы найдем тех, кто тебя видел с маленькой девочкой в машине. Даже не сомневайся! Мы найдем свидетелей!
Высказанная вслух идея понравилась Головину. Он даст указание оперативникам, и те найдут нужного свидетеля. У толкового опера всегда есть на крючке скользкий тип, имеющий проблемы с законом. Такой свидетель скажет, что нужно, а полиция закроет глаза на его грешки. Услуга за услугу. Это даже не ложь, а маленькая хитрость для пользы большого дела. Расколем насильника — спасем девочку! Святая цель.
Но лучше, конечно, добиться признания побыстрее. Здесь и сейчас! Для этого есть проверенные методы.
Головин сделал знак конвоиру, тот положил руку на дубинку, начальник едва заметно кивнул.
— Я помогу тебе сделать правильный выбор, Денис. — Полковник посмотрел в расширенные глаза парня. — Мы можем говорить по-хорошему, как сейчас, а можем и по-плохому.
Он кивнул конвоиру. Неожиданный удар дубинкой сзади по почкам заставил парня охнуть и согнуться. Головин подхватил паренька, чтобы тот не упал, и зашипел в лицо:
— Морду тебе разбили, это ерунда, а вот отобьют почки, печень — кровью будешь ссать и лезть на стену от боли.
Он усадил скрючившегося подростка на стул, придвинул ему стакан воды.
— Что скажешь, Денис: продолжим по-хорошему или по-плохому?
Муравьев испуганно смотрел на полковника, мелко трясся и молчал.
— Я поясню варианты, — сказал Головин. — Пишешь чистосердечное — и сидишь в комфорте. Передачи, встречи с мамкой и все такое. А если продолжишь упрямиться…
Головин перевел взгляд на конвоира. Тот демонстративно похлопал дубинкой по раскрытой ладони.
— Где девочка? — продолжил Головин. — Признайся, и сразу станет легче. Куда ты отвез Софью Дорохову?
— Мама, позовите мою маму, — запричитал Денис, размазывая слезы по щекам.
— Тебе уже восемнадцать, сам отвечай за свои поступки.
— Мама…
— У Софьи тоже есть мама. И папа! — начал свирепеть полковник. — Хочешь, их позову и оставлю вас наедине? Думаешь, с ними лучше будет, чем со мной. Ты пойми, я тебя защищаю. Здесь тебе безопаснее, чем там с толпой.
— Я был один, я не видел Софью.
— Хватит врать, придурок! Вот ее рюкзак! Сейчас проведут экспертизу, и, если обнаружат хотя бы намек на ДНК Софьи Дороховой в твоем «рено» — тебе конец! Лучше признаться пока не поздно.
— Я не трогал ее.
— А что ты с ней сделал? Где держишь?