— Логрис считает возможным прислать нам бумагу вместо объяснений?
Северный властитель с тяжёлой серебряной бородой ответил раньше остальных:
— Он считает, что объяснение уже содержится в бумаге. Временный комитет просит о принятии территории. Дом Зальтов участвует. Гражданская война подтверждена. Формально оснований для запрета мало.
— Пять подписей — это не страна, — сказал Дунгос.
Молодой король Баларии, сидевший в высоком кресле с тёмной спинкой, спокойно заметил:
— А семь вооружённых центров, три портовые власти и две армии, стреляющие друг в друга, — тем более не страна. Юридически Шардал выбрал прекрасную точку входа, особенно учитывая, что делегация Зальты приехала к нему по инициативе крупнейших центров власти.
Правитель одного из морских государств наклонился ближе к границе своего эфирного образа.
— Вопрос не в праве, а в последствиях. Великая Зальта разорена. Порты спорные, склады разворованы, дороги перерезаны, чиновники куплены разными сторонами. Если Логрис заберёт это под корону, ему придётся кормить голодных, платить войскам, чинить мосты, держать гарнизоны, присылать ревизоров, судей, инженеров, егерей. Он уже переваривает новые земли и ещё одна такая область может стать неподъёмной ношей.
Северянин усмехнулся.
— И именно поэтому я не вижу причины мешать Логрису.
В зале повисла пауза.
Дунгос медленно повернул к нему голову.
— Вы предлагаете спокойно смотреть, как Шардал присоединяет целую страну?
— Я предлагаю спокойно смотреть, как Шардал пытается унести больше чем может. Если он сумеет его переварить, мы все получим неприятный урок. Если не сумеет, его финансовый и кадровый хребет треснет так громко, что слышно будет за морем, но в любом случае перегруз управленческих и финансовых структур будет чудовищный.
Балларийский король не улыбнулся, но взгляд стал внимательнее.
— Вы уверены, что Логрис этого не понимает?
— Понимает. Поэтому и прислал бумагу без себя. Не хочет показывать, насколько дорого ему обойдётся эта решимость.
Морской правитель кивнул.
— Зальта — не приз. Это разломанный, наполовину сожженный корабль после мятежа. На нём можно поднять флаг, но сначала придётся выбросить трупы, переловить крыс, заменить команду, закрыть течи и объяснить кредиторам, что судно теперь ходит под другой короной. Если Шардал хочет этим заняться, пусть занимается.
Один из южных властителей возразил:
— Через пять лет он может получить сильные порты и новую береговую линию.
— Они у него и так есть, — сказал Дунгос, — Но посмотрим, сколько людей и денег у него останется после получения этих портов. Разорённая область не становится богатой от смены герба.
— Но дом Зальтов может дать ему легитимность, — заметила королева.
— Легитимность не чинит дороги, — ответил северянин. — И не кормит гарнизоны.
Несколько образов едва заметно дрогнули. Кто-то, возможно, улыбнулся. Все понимали, что говорят не о помощи Зальте, а о балансе сил. Шардал после последних побед и скандалов становился слишком сильным. Если новая область заставит Логриса распылить армию, деньги, управленцев и егерей, остальным это даст время. Годы, возможно десятилетия, возможно вообще уничтожит Шардал.
Король Балларии подвел итог первым:
— Я не вижу оснований для формального возражения. При условии, что Шардал уведомит Совет о точных границах Зальтийской области, переходном военном режиме, международных торговых гарантиях и сроках пересмотра особого порядка управления.
Морской правитель сразу добавил:
— Торговые гарантии по портам должны быть отдельным пунктом. Особенно для нейтральных судов.
— После стабилизации, — сказал Дунгос.