– …работы не на один час, поэтому Уильям сейчас же отправится в мастерскую, – закончил я, мысленно проклиная сам себя. – Идите, мистер Уильям. А вы, мисс Уитлоу, приходите к двенадцати в воскресенье. Работа будет закончена к этому времени.
Мисс Уитлоу незаметно выдохнула.
Дальнейшие события этого дня летели невероятно стремительно.
Мисс Уитлоу раскланялась и убежала по своим горничным делам. Уильям ушел корпеть над часами.
Не прошло и получаса с ухода мисс Уитлоу, как дверь снова распахнулась, и в лавку, сопровождаемый ритмичным стуком, вошел старик. Его огромная шляпа была надвинута практически на глаза.
Я откинул газету на прилавок и посмотрел на вошедшего. Казалось, он услышал шорох отброшенной газеты и повел носом в мою сторону.
– Есть ли здесь хоть одна живая душа? – проскрипел старик, тяжело опираясь на истасканную, сбитую клюку.
– Я, сэр, – я подскочил к нему и поспешил подхватить его под руку. У меня было ощущение, что ссохшаяся трость переломится под ним в любой момент.
Он приподнял голову на мой голос. Под широкополой, мятой шляпой блеснули черные очки.
– Не скажете ли вы бедному слепому человеку, потерявшему драгоценное зрение во имя храброй защиты своей родины Англии, где я нахожусь? – старик резко сжал мою руку так, что костяшки его пальцев побелели.
– В часовой лавке «Темный Час», сэр, – выдохнул я. – Чем обязан?
– Скажите, мистер, – сморщенное лицо расплылось в широкой беззубой улыбке, – не заходил ли к вам вчера Билли?
– Я не знаю никакого Билли, сэр. Вы, должно быть, ошиблись адресом…
Старик сжал мою руку настолько сильно, что у меня потемнело в глазах. Слепой зацепился за меня, потянув вниз, отчего я навис над ним, как отец нависает над непослушным ребенком, который изо всех сил хочет упасть на пол и разразиться в истерике из-за того, что ему не купили паровозик.
– Нет-нет, что вы, я не ошибся, – проскрежетал старик, и мне стало совсем не по себе. – Я чувствую его запах… Быть может, вы припоминаете одноглазого моряка с сундуком?
Вчерашнего гостя невозможно было забыть так быстро.
– Припоминаю, – осторожно ответил я и тут же добавил: – Зачем он вам?..
– Мне нужно кое-что ему передать, – старик внезапно отпустил мою руку, оперся на клюку, завалился набок и начал рыться в кармане своего плаща. Плащ в такую жару?..
– Он зайдет к вам еще? – проскрежетал посетитель.
– Я не…
– Он непременно зайдет, – послышался из угла бархатный голос Ника. – Чарли все ему передаст.
Я обернулся на голос. Над прилавком как ни в чем не бывало возвышалась фигура Ника. Он пристально всматривался то в мое недоуменное лицо, то в лицо посетителя.
Старик громко закашлялся. Медленно, будто с опаской, он повернулся на голос Ника. Выражение его лица тут же поменялось. Он нахмурился, его челюсть напряглась.
– Так вас зовут Чарли, – протянул он, вновь закашлявшись. – Дай мне руку, Чарли…
Я покосился на Ника. Он уверенно кивнул, и в ледяных глазах промелькнул неподдельный интерес. С неохотой я вытянул вперед открытую ладонь.
– Запомни, мальчик: ты передашь это Билли в следующий раз, когда его встретишь… – он что-то вложил в мою руку и дрожащими не то от старости, не то от страха, не то от чрезмерного пьянства пальцами закрыл ее.
– С чего вы решили, что я еще встречусь с ним? – спросил я, аккуратно провожая старика к двери. – Я даже не знал, как его зовут!
Старик остановился у двери, обернулся и посмотрел куда-то сквозь Ника, все еще крайне заинтересованно наблюдавшего за нами.
– Так сказал Рок.
Внезапно я почувствовал, что старик посмотрел прямо на меня. Я застыл как вкопанный.