– Сегодня ночью Контролер сжег первую модель руки, – я решил не говорить о том, что было до этого. – Поэтому, пожалуйста, будь добр, помоги мне сегодня с рукой. Надо собрать ладонь.
– Ты шутишь? – наконец спросил Уильям после минутной, как показалось, паузы.
– Нет. Ты прощаешь меня?
Снова тишина. Вздох.
– Конечно, что за вопрос? – Уилл слабо улыбнулся и наконец-то затянул фартук на поясе. – Давай сюда твою ладонь…
Все было закончено ровно к обеду. Я обил руку, натер кожу воском. Вторая рука не вышла красивее или лучше первой – нет, она была абсолютно такой же. И я, признаться, был очень этому рад. Я хотел хоть немного подремать до прихода Вирджинии, но сон, как назло, не шел, и я, взбудораженный, подтягивал последние винтики в своем изобретении.
Она снова пришла в три пятнадцать, как и четыре дня назад – только теперь эти четыре дня виделись мне вечностью. Дыхание замерло, когда звякнул колокольчик. С каждым ее шагом сердце стучало все быстрее и быстрее. Я впопыхах достал из шкафа бутылку с живой водой и, не сдерживаясь, выбежал в лавку.
Вирджиния бросилась мне навстречу, как не подобало ни одной приличной девушке. Я крепко прижал ее к себе, и она быстро и сбивчиво зашептала мне на ухо:
– Ты не представляешь, что вчера произошло, – я еле разбирал, что именно она говорит, – это было так странно и страшно, я…
– Я знаю, – тихо проговорил я, сильнее сжимая ее в своих объятиях, – я знаю, Вирдж, я знаю…
– Чарли, я подумала…
Мое сердце сжалось.
Я знал, о чем она думала. Я бы солгал, если бы сказал, что не думал о том же, когда возвращался из цирка. Но вчерашняя ночь слишком многое изменила, и теперь я не мог себе позволить не то что допустить такое – даже помыслить об этом.
Я не дал ей договорить:
– Пойдем, – я схватил ее за руку и потянул в мастерскую.
– Но, Чарли… – Вирджиния растерянно посмотрела на меня, и в ее глазах мелькнула обида и непонимание.
– Пойдем, – настойчиво повторил я. – Я все тебе покажу!
Она сдавленно улыбнулась, но любопытство и нетерпение взяло верх над обидой.
Уилл пристально рассматривал налитую в стакан живую воду. Она была зеленоватой, мутной и, кажется, пахла тиной.
– Чарли, – задумчиво проговорил он, – у тебя нет какой-нибудь игрушки?
– Где-то должны быть, – я задумчиво потер шею, силясь припомнить, где в мастерской лежат готовые игрушки. Выходило, что все готовые игрушки были на витринах. – Они в лавке, сейчас принесу.
Я уже собирался отправиться на поиски какой-нибудь птицы или жука, как Вирдж остановила меня:
– У меня с собой, подожди.
Она запустила руку в огромную сумку и принялась что-то в ней искать. Через секунду на свет появилась игрушечная крыса, которую я подарил ей в ту ночь, когда Вирджиния впервые вошла в лавку.
– Я возьму ее? – Уилл был больше похож на фокусника, чем на будущего часовщика или бывшего принца. Всем своим видом он демонстрировал, что творит что-то таинственное и загадочное.
– Да, конечно, – Вирдж аккуратно протянула крысу Уильяму, который с непринужденной грацией циркового артиста принял ее и тут же бросил в стакан.
Вирджиния побледнела.
– Что ты делаешь?! – тут же завопила она, кидаясь к стакану. – Она же заржавеет! Достань ее оттуда немедленно! Мне ее Чарли подарил!
– Спокойно, – я аккуратно приобнял ее за плечи. – Подождем чуть-чуть…
– Она же испортится!..