Я сочувственно покивала. О печальной истории его службы в прокуратуре я уже была осведомлена.
— Так что там со списками пассажиров? — напомнила я нетерпеливо. Сигареты, кофе и добрая порция злости — спасибо Дариану — заставили меня бить копытом, как застоявшийся конь.
Рэддок развел руками.
— Может статься, что расследование закончится в ближайшее время. Проверка выявила, что мисс Эухения Комптон не ночевала в своем купе.
— Разве она тоже едет в этом поезде? — искренне удивилась я.
С Эухенией Комптон, знаменитой летчицей, я была знакома лишь понаслышке. Но наверняка не пропустила бы ее появления, очень уж колоритная фигура! Трудно не заметить девушку в мужских брюках, белом летном шарфе и кепке.
Рэддок кивнул.
— С самого Фриско. По словам горничной, хозяйка ушла вчера на обед и не вернулась.
— Звучит многозначительно. А у нее был мотив?
— Еще какой! Мисс Комптон не скрывала, что ненавидит Паоло Каналли всеми фибрами души, несколько раз упоминала об этом в интервью. Из-за махинаций Каналли разорился и покончил с собой ее отец.
— Что-то такое припоминаю…
Нас прервал стук в дверь.
— Войдите, — на правах хозяина крикнул Рэддок, и она тотчас рывком распахнулась.
— Мисс Корбетт, нужна ваша помощь, — с порога прогудел хмурый шериф.
— Конечно, — кивнула я, поднимаясь. — Что нужно делать?
Он почесал в затылке. Шляпу он снял и теперь неловко мял в руках.
— Тут такое дело… Летчица эта, мисс Комптон, нашлась. Нужно ее обыскать, а свою Милли я уже просить не рискну. Пособите?
Я спрятала улыбку. По-видимому, шериф опасался, что миссис Хопкинс возьмет под свое крыло еще одного цыпленка.
— С радостью!
Прокурор Гордон походил на разгоряченного жеребца, разве что копытом не бил. Зато похлопывал себя по боку перчаткой и вышагивал туда-сюда по коридору.
Завидев меня, Гордон просиял и чуть ли не кинулся навстречу. Признаюсь, нечасто мужчины ждут меня с таким нетерпением.
— Наконец-то! — выпалил он и ткнул пальцем в открытую дверь. — Приступайте. — Опомнился и добавил с натугой: — Пожалуйста. Мисс Комптон уже предъявили ордер на обыск.
Я кивнула походя и заглянула в купе. Высокая, коротко стриженная девушка с резкими чертами лица подняла голову от газеты и невозмутимо долила себе кофе.
— Доброе утро, мисс Комптон, — поприветствовала я и назвалась первой: — Лилиан Корбетт.
— А, леди-детектив? — голос у нее оказался дивный: грудной, низкий, богатый обертонами. — Рада знакомству. Я — Эухения Антония Комптон.
Надо же, она обо мне слышала? Это льстило.
— Очень приятно, — заверила я, не покривив душой.
Она пригладила русые кудри и протянула руку. Рукопожатие твердое, уверенное, ногти без следа маникюра. И прямой взгляд серых глаз, чем-то неуловимо напоминающий таран.
— Я так понимаю, вы помогаете полиции?
— Приходится, — поморщилась я, оглянувшись на прокурора Гордона, которому что-то негромко доказывал Рэддок, и понизила голос: — Иначе мы застрянем тут невесть на сколько.