– Но я…, – упирается парняга по имени Денир (что за дебильное имя?)
– Пошли, – она тычет ему в бок локтем, и они исчезают в подъезде.
Тишина. Только сердце колотится так, что, кажется, слышно на весь квартал. Делаю глубокий вдох. Потом ещё один.
Жди. Не испорти всё опять.
Саша стоит, скрестив руки на груди, опустив голову, будто готовится с силами сказать что-то важное.
– Кир, я очень тебе благодарна…за всё. А вот это, – она бросает взгляд на ящики с землёй, – это... очень мило на самом деле, – говорит она. – Спасибо.
Я молча жду.
– Но если ты думаешь, что я сразу брошу всё и поеду на Бейрос...Я не могу рисковать…
– Ты больна? – вырывается у меня. Голос хриплый, чужим кажется. – Я найму лучших врачей. Вылечу...
– Нет! – она резко поднимает руку. – Я не больна. Просто... не могу снова рискнуть. Приехать, а потом, когда тебе надоест...ты меня опять выгонишь.
– Такого больше не будет. Никогда!
Она закатывает глаза, но я успеваю заметить – губы дрогнули.
– Обещаю, – говорю тише. – Да, я знаю, что был грубым. Жёстким. Но... пойдёшь со мной на свидание?
Саша снова опускает голову. Из подъезда доносится шёпот:
– Не будь дурой, соглашайся!
Она фыркает в кулачок, пряча улыбку.
– Ладно. Только...
– Сегодня в девять часов, – перебиваю её. – Я заеду.
– Надеюсь, туда, куда ты поведёшь меня, там не будет этих... высокомерных дамочек, как на Луне? – она поднимает бровь.
– Нет, – медленно подхожу ближе, пока между нами не остаётся полшага. – Мы будем одни.
Её дыхание сбивается. Я чувствую её запах. Он действует на меня странным образом, отключает мозг мгновенно, оставляя только инстинкты. Тянусь к Саше, прижимаю к себе.
– Ты... не играешь по правилам, маршал, – Саша упирается ладонями мне в грудь.
Вот упрямица. За это и люблю её.
– Никогда не играл, – наклоняюсь, чтобы только она услышала. – Иначе можно проиграть.
Она краснеет.
И в этот момент из подъезда раздаётся громкий кашель Аллы. Саша отпрыгивает, как будто обожглась.
– В девять! – коротко киваю ей, разворачиваясь к грузовику. – И, Саша?
– Что?
– Надень что-нибудь из своего времени.
Она застывает с открытым ртом, а я уже иду прочь, скрывая ухмылку.