Кучер открыл дверцу.
Лиара вышла во двор.
Солнце било слишком ярко. После темного зала мир казался грубым, почти неприличным. На стенах замка лениво двигались тени крыльев: высоко над башнями кружили драконы рода. Черные, бронзовые, дымчато-серые.
Один из них резко снизился, будто почуял перемену.
Лиара подняла голову.
На самой высокой башне стоял Каэл.
Расстояние было слишком большим, чтобы увидеть лицо. Но она знала его силуэт. Прямой. Неподвижный. Одинокий так, как умеют быть одинокими только те, кто сам выстроил вокруг себя стены.
Рядом с ним алел флаг Дома Черного Пламени.
Лиара смотрела несколько секунд.
Потом села в карету.
Когда дверца закрылась, на запястье снова кольнуло.
Она подняла руку.
Там, где был браслет, кожа оставалась бледной. А ниже, ближе к пульсу, медленно проступал темный знак. Тонкий, неровный, будто кто-то провел под кожей обугленной иглой.
Лиара коснулась его пальцами.
Боль отозвалась не в руке.
В груди.
Глухо.
Низко.
Как чужое сердце, запертое в темной комнате.
— Госпожа? — окликнул кучер. — Куда ехать?
Лиара смотрела на знак, пока он снова не исчез.
Три года она думала, что ее дар стал тише после свадьбы от усталости. От страха. От постоянного ожидания чужой оценки.
Теперь впервые засомневалась.
Может быть, тишина была не ее слабостью.
Может быть, кто-то заставил ее дар молчать.
Она опустила рукав.
— К границе, — сказала Лиара.
— Там мертвый лес, госпожа. Дорога плохая.
За спиной остался замок, где ее имя уже стирали из книг.
Перед ней была дорога, на которой она не знала никого.