Это пугало. Не сама магия — а незнание. В играх всегда была механика: числа, уровни, формулы. Здесь — ничего. Только ощущения и результат.
«Мне нужна информация. Книги. Тексты. Хоть что-нибудь.»
Но где взять книги — крестьянскому мальчику, в деревне, где грамотны два с половиной человека?
Эран лежал на спине на своей тренировочной поляне — в лесу, в полукилометре от деревни. Смотрел на небо сквозь кроны. Думал.
И улыбался.
Потому что у него был план.
Глава 5: Тень грамоты
Храм Лиэнны стоял в центре деревни — маленький, круглый, с покосившимся крыльцом и резной дверью, из щелей которой пахло сухими травами и старым воском.
Эран начал приходить сюда в день, когда ему исполнилось шесть.
Шесть — не семь. Он ускорил план на год. Риск — но терпение заканчивалось.
Три месяца практики показали: без теории он упрётся в потолок. Скоро. Может, уже упёрся.
Ему нужна была грамота. Нужны были книги. А единственное место в Тальме, где были книги, — храм.
Хэлла.
Жрица Лиэнны. Единственная. В деревне такого размера — одной хватало.
Ей было за шестьдесят — или за семьдесят, здесь было сложно определить: крестьяне старели быстро. Маленькая, сухая, согнутая, с белыми волосами, собранными в тугой узел, и руками, похожими на корни дерева. Голос — низкий, грудной, неожиданно сильный для такого маленького тела.
Она жила при храме — в каморке за алтарной комнатой. Одна. Муж умер давно.
Дети — если были — уехали или умерли. Она не говорила о них.
Деревенские уважали Хэллу — но не навещали без повода. Храм — это храм.
Туда приходят рождаться, жениться и умирать. В промежутках — раз в седьмицу, на службу. Постоять, послушать, уйти.
Одинокая старушка в каменном доме.
Эран знал: это его шанс.
Первый визит.
Он пришёл утром, после завтрака. Мать была в огороде. Отец — в поле. Дорн — у кузнеца, подрабатывал подмастерьем. Кайл — с отцом.
Эран толкнул дверь храма. Она скрипнула — протяжно, жалобно.
Внутри — полумрак. Круглый зал, каменные стены, увитые сухими гирляндами. В центре — алтарь: плоский камень, на котором стояла глиняная фигурка женщины с колосьями в руках. Лиэнна. Богиня земли. Перед ней — миска с зерном и глиняная плошка с маслом, в которой горел маленький огонёк.
На стенах — надписи. Вырезанные в камне, заполненные тёмной краской.
Письмена — незнакомые, угловатые, красивые. Эран не мог их прочитать, но смотрел жадно — как голодный смотрит на запертую дверь кухни.
Хэлла сидела на лавке у стены, перебирая чётки из деревянных бусин. Подняла голову. Прищурилась.
— Сын Тэрна?
— Да, госпожа Хэлла.