На Юпитере: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Привет, Вторая Меркурианская Экспедиция! Получили ваш сигнал, ретранслированный с Земли. Странно все-таки: вы там изнываете от зноя и проклинаете Солнце, до которого всего тридцать миллионов миль. А мы здесь, за 500 миллионов миль от него, готовы едва ли не молиться на восходящее Солнце.

Мы вернулись к привычной рутине.

Сегодня капитан Этвелл вместе с Суинертоном, Лингом и Хэллоуэем предпринял короткую разведывательную вылазку. Вооружившись винтовками и взяв с собой рюкзаки с припасами на случай непредвиденных обстоятельств, они прошли десять миль и вернулись, описав широкий круг.

Ничего примечательного не произошло. Ганимед кажется тихим, спокойным миром. И все же капитан Этвелл выглядел задумчивым. Мы сталкивались с неожиданными опасностями на Марсе, Венере и Меркурии. С чего бы Ганимеду быть исключением?

Суинертон сообщил, что его «термос» растет повсюду, и это полностью подтверждает его теорию: этот мох здесь – основной вид растительности, вроде травы на Земле. А ещё он видел животных, похожих на оленей. Они прятались в рощах низкорослых деревьев. В ответ на наш недоуменный вопрос он лишь покачал головой.

– Нет, сомневаюсь, что здесь есть разумные существа. На Земле разум зародился в теплом, мягком климате. Здесь же жизнь ведет яростную борьбу с суровой окружающей средой. На этом дальнем форпосте Солнечной системы жизнь существует едва-едва.

По правде говоря, мы и не ожидали встретить разумную жизнь так далеко от дарующего жизнь Солнца.

Линг, в свойственной ему восточной манере, сказал немногое – лишь то, что в будущих длительных переходах по снегу нам лучше носить снегозащитные очки, чтобы избежать снежной слепоты. Далёкое солнце даёт лишь одну двадцать пятую часть того света, что на Земле, но чистый, свежий снег отражает его прямо в глаза. Мы постоянно щуримся.

Хэллоуэй был взволнован больше всех – или, вернее, полон нетерпения.

– Пирамид не видно, – разочарованно сказал он. – Но они должны здесь быть. Просто обязаны, иначе теория моего отца полетит ко всем чертям. Капитан, позвольте мне взять спасательную шлюпку и разведать территорию в радиусе нескольких сотен миль.

Этвелл отказал ему.

– Спасательная шлюпка предназначена только для чрезвычайных ситуаций.

– Но как же тайна пирамид…

– К черту эти пирамиды!

Но мы-то знали, что Этвелл говорил это не всерьез. Как и любой из нас, как и каждый человек на Земле, он отдал бы правую руку, чтобы разгадать эту тайну. Пирамиды преследовали нас на каждой планете, где мы высаживались, оставаясь безмолвной насмешкой ушедшей расы и канувшей в небытие эпохи.

Да, Этвелл отдал бы правую руку, но не жизнь – и не десять жизней. На нем, как на командире, лежала тяжелейшая ответственность по обеспечению нашей безопасности. Спасательная шлюпка – нововведение в этой экспедиции – была нашим последним козырем в рукаве, который запрещалось использовать для каких бы то ни было целей, кроме предотвращения катастрофы.

Хэллоуэй, впервые отправившийся в межпланетную экспедицию и еще не знакомый с непреклонным характером Этвелла, попытался возразить. Мы все затаили дыхание. Капитан пристально посмотрел на него.

– Довольно, мистер Хэллоуэй, – сказал он спокойно – о, так спокойно. – Ваша жизнь в моих руках. Я сохраню её вопреки всему. Но я пожертвую ею, если это спасёт другие жизни. Это ясно?

Разумеется, после этого он перевел взгляд на Карсен. Этвелл не мог упустить случая лишний раз предостеречь ее. Если это кажется бессердечным, помните: во всех предыдущих экспедициях Этвелл всегда ставил людские жизни выше чувств – и всякий раз возвращал экспедицию домой.

Сегодня мы праздновали День независимости в самой неподходящей для этого обстановке – среди снега, холода и льда. Капитан Этвелл разрешил нам трижды выстрелить в воздух из винтовок. Даже в разреженном воздухе они прозвучали впечатляюще. Линг сообщил нам, что мощные пули, вылетающие из ствола со скоростью более трёх миль в секунду, никогда не упадут обратно. Они превысили вторую космическую скорость для слабой гравитации Ганимеда. Бог весть, где они закончат свой путь, ведь мы стреляли примерно в направлении Сириуса.

Сотый день.

Солнце снова заходит. Чуть не потеряли человека. Внезапно, без предупреждения, разразилась приливная буря. Буквально минуту назад небо было чистым – и вот уже стена летящего снега с воем пронеслась по равнине, поглотив нас. Сами мы были в полной безопасности: что внутри корабля с его металлическими переборками, что в нашем прочном ледяном доме.

Но фон Целл как раз переходил от одного к другому. Расстояние между ними – всего какая-то сотня ярдов. Это может показаться невероятным, но он умудрился заблудиться! Густо сыплющийся снег полностью скрыл от него всё вокруг. А сопровождавший снегопад ветер, завывавший словно демоны, сбил его с курса, так что он совершенно утратил всякую ориентацию в пространстве.

Карсен, Хэллоуэй и Этвелл видели всё это с корабля. Хэллоуэй сразу же рванулся наружу, чтобы спасти фон Целла, но капитан Этвелл силой удержал его.

– Оставайся на месте! Он в опасности, но лучше потерять одну жизнь, чем две. Ты и шага не сделаешь, не сбившись с пути.

Побледнев, Хэллоуэй и Карсен были вынуждены беспомощно наблюдать за тем, как яростная буря сносит теряющего силы фон Целла прочь корабля. Только через пять часов ветер утих и воздух прояснился.

Фон Целл оказался всего в пятидесяти футах от корабля, почти погребённый под снегом. Поступив разумно, он лёг на землю и не пытался найти корабль. Он сильно переохладился и сейчас лежит в постели; но, что любопытно, обморожений у него нет. Снег послужил одеялом и защитил его от холода.

Мы быстро забыли о едва не случившейся трагедии. В таких экспедициях опасность подстерегает на каждом шагу, и мы уже научились быстро забывать такие вещи.

Словно в награду за пережитое, наступил закат, и ночное небо во всей красе засияло над нами – могучий, расчерченный полосами Юпитер, мириады звезд и восемь лун. Вдобавок ко всему, Маркерс только что совершил поразительное открытие. Одна из этих лун оказалась спутником вовсе не Юпитера. Это луна самого Ганимеда!

Маркерс уже просчитывает параметры ее орбиты. По предварительным данным, она обращается вокруг Ганимеда примерно за девять часов на расстоянии от пяти до семи тысяч миль. Ее диаметр невелик, возможно, десять миль, и он слишком мал для того, чтобы её можно было разглядеть с Земли.