Я вновь кивнула.
– Такая неожиданность! – продолжила она бормотать, направляясь дальше по галерее. – Кто бы мог подумать, что именно сегодня хозяин приедет, да еще и вымажется по дороге, да вы еще так нас напугали со своим ножиком, уму непостижимо, ну что за день…
Скинув дорожное платье и наскоро поправив прическу, чтобы выглядела прилично, я приготовилась к аудиенции. Однако мистрис Фэйрфакс, представ на пороге моей комнаты, сообщила, что, следуя предписаниям недавно отбывшего врача, мистер Рочестер отправился в постель.
Утро началось с перемен. Нас с Аделью не пустили в библиотеку, которая теперь предназначалась для приема гостей. Вместо этого был разведен огонь в одной из верхних комнат, куда мы и перешли со своими книгами. Торнфилд перестал быть похожим на монастырь: ежечасно у подъезда раздавался звонок или стук в дверь, слышались шаги по галерее и разные голоса. Дом ожил, и это меня радовало.
Адель каждую минуту бегала на лестницу и, перегнувшись через перила, смотрела вниз, надеясь застать мистера Рочестера. Затем, найдя предлог, побежала в библиотеку, где ее присутствие вовсе не было необходимым. Когда в конце концов я рассердилась и заставила девочку сидеть смирно, она безостановочно болтала о мистере Рочестере и фантазировала о подарках, которые он, несомненно, привез ей.
К вечеру подул сильный ветер. Поскольку шум голосов стих, я отпустила Адель вниз, где она уже не могла никому помешать, а сама опустила занавес и села у камина, раздумывая о превратностях и сюрпризах последних дней.
– Мистер Рочестер приглашает вас с вашей ученицей в гостиную пить чай, – сказала вошедшая мистрис Фэйрфакс. – В шесть часов. Вам нужно переодеться, – смерив меня взглядом, решила она и протянула мне свечу. – Пойдемте.
– Неужели так необходимо сменить платье?
– Обязательно, мисс Джейн! Я всегда наряжаюсь по вечерам, когда хозяин дома.
Переодевшись в черное шелковое платье и приколов жемчужную брошь, полученную в подарок на прощание от директрисы Ловуда, я спустилась.
Мистер Рочестер сидел в пышной гостиной на софе, положив больную ногу на подушки. Он смотрел на Адель и собаку, усевшихся у камина. Я, конечно, сразу узнала в нем своего случайного вчерашнего знакомого с густыми бровями, квадратным лбом и длинным носом. Он выглядел угрюмым и сердитым; хотя фигура этого мужчины и могла стать образчиком для изображения атлетических форм, однако общее впечатление было определенно отталкивающим.
Мистер Рочестер, разумеется, видел, как мы вошли в гостиную, но делал вид, что не замечает нас.
– Мисс Эйр, сэр, гувернантка, – тихо сказала мистрис Фэйрфакс тихо, подойдя к нему. Однако мужчина оставался неподвижным, глядя на собаку и девочку.
– Пусть мисс Эйр садится, если хочет, – сказал он наконец так формально и пренебрежительно, что воздух в комнате похолодел. Какая дерзость…
Что ж, я без лишней застенчивости заняла свое место. Всем всегда было известно, что гувернанток и прислугу не считают за людей. Но мистрис Фэйрфакс своими рассказами убедила меня, что наш хозяин – достойный и добрый человек. И теперь я видела, что это не совсем похоже на правду.
Мистер Рочестер не говорил и не двигался. Мистрис Фэйрфакс, очевидно почувствовав неловкость, попыталась начать разговор.
– Что делать, – заявила она, – все мы подвластны воле Божьей! Надобно терпеть и казаться спокойным. Мало ли, какие вещи случаются. Вот и вы при падении повредили ногу и ушибли ребра, да так, что врач рекомендовал покой, а раз уж врач рекомендовал…
– Мистрис Фэйрфакс, потрудитесь подать мне чай, – нетерпеливо перебил ее мистер Рочестер.
Она тут же позвонила в колокольчик и, дождавшись подноса с чаем, принялась раскладывать чашки и ложки. Мы с Аделью подошли к столу, но джентльмен продолжал полулежать на софе.
По просьбе мистрис Фэйрфакс я передала чашку мистеру Рочестеру.
– А не найдется ли у вас какого-нибудь подарка для мисс Эйр, сэр? – вдруг спросила Адель.
– Подарка? – недовольно спросил он. – Разве вы ждали подарка, мисс Эйр? Вы любите подарки? Отвечайте мне!
Он с гневом посмотрел на меня.
– Не знаю, сэр. Мне почти никогда не дарили подарков. Впрочем, говорят, что получать их довольно приятно.
– О, не прикидывайтесь скромницей, мисс гувернантка! Вы не так просты! – с явной злобой бросил он в ответ.
– Простите?
– Идите к камину! Адель пусть играет с собакой!
Моя ученица послушно опустилась на колени и погладила пса по голове.
– Вы же воспитывались в какой-то благотворительной богадельне?
– В Ловудской школе, сэр.