Дорога была разбитой, но лучше, чем ничего. Через час нас остановил патруль — трое солдат на военном грузовике, с пулеметом в кузове. Водитель сбавил скорость, затем и вовсе остановился.
Сердце у меня колотилось, но лицо оставалось спокойным. Савельев вел себя точно так же — никакой паники. Когда паникуешь, неминуемо допускаешь ошибки.
— Куда едете? — спросил сержант у водителя.
— В Пешавар, — ответил тот. — К родственникам. Дядя заболел.
Он посмотрел на меня, потом на Савельева. Тот сидел, опустив голову, пряча перевязанную руку. Лицо бледное, но живое.
— А вы кто⁈ — прищурился патрульный, окинув нас внимательным взглядом. — Документы есть?
— Слушай, откуда у меня документы, а? — активно жестикулируя, возразил Леха. — У меня и карманов-то нету. Ты бы еще у коз документы проверил!
— Хамза, оставь их в покое! Пусть едут! — окликнул проверяющего другой боец. — Я эту машину знаю, Абдулла, проезжай!
— Хорошо! — обернувшись, кивнул сержант. — Но будьте осторожны, в горах на севере неспокойно.
— Что случилось? — спросил я, изображая озабоченность.
— Не важно, — ответил он и махнул рукой. — Езжайте!
Я облегченно выдохнул. Обстановка уже начала накаляться, причина тому, скорее всего, из-за нас. Но пока никто ничего толком не знал. Это хорошо. Нужно поскорее выбраться из этого района.
Через час попался еще один пост, потом еще один. Но нас даже не останавливали — что искали, непонятно. Видимо, наш пикап не вызывал подозрений, потому что ездил здесь не первый раз. Старая машина, местный номер, проводник в кузове — все выглядело обычно.
К вечеру мы добрались до небольшого городка. Глинобитные дома, пыльные улицы, прохожие. Здесь нужно было залечь на дно, как-то связаться со своими.
— Где это мы? — спросил Савельев.
— Кажется, это Дульмира, но я не уверен. Слишком маленький населенный пункт, чтобы быть на карте. Главное, чтьо здесь нет патрулей. Отсюда до границы — километров четыреста.
— Отпустите меня, — попросил водитель, напомнив о своем существовании. — Я никому ничего не скажу. Клянусь Аллахом.
— Отпустим, — немного подумав, пообещал я. — Но сначала помоги найти дом, телефон или радио. Нам нужно связаться с Кабулом.
Он замялся, потом кивнул.
— У моего знакомого есть небольшая лавка. Там был телефон, вроде бы он работал. Но это почти в самом центре Дульмиры. Там на вас сразу обратят внимание.
— Неважно. Проведешь?
Он снова кивнул.
Мы вышли из машины. Пикап оставили в переулке, прикрыв брезентом. Савельев держался рядом, но я видел, что он был бледным и уставшим. Нужно было торопиться.
Улицы были почти пусты — только женщины в чадрах, старики на лавках, дети, играющие в пыли. Никто не обращал на нас внимания. Чужие здесь были нормальным явлением, они то появлялись, то исчезали.
Магазин оказался небольшой лавкой, где торговали продуктами и хозяйственными мелочами. Хозяин — бородатый мужчина лет сорока — сначала испугался, но наш водитель что-то быстро объяснил ему на урду. Тот кивнул, провел нас в подсобку.
— Звоните, — сказал он, указывая на старый дисковый телефон, который оказался междугородним. — Только быстро. Линия может работать, а может и нет.
Я набрал номер кабульского штаба ХАД. Долгие гудки. Потом щелчок, и голос — сухой, официальный.
— Слушаю.
— Это Хорек, — четко сказал я. — Мне нужен генерал Хан. Срочно.
Пауза.