Горчаков понимающе кивнул. Смысл решений Павла часто сводился лишь к изменению порядка, бывшего при матери. Главное, чтобы отныне было по-другому, — не важно как.
Пока Горчаков и Крылов разговаривали, присутствующие расположились вокруг игорного стола, во главе которого Волжин приготовится метать банк.
— Делайте ставки, господа! — сказал он трескучим шло сом. — Напоминаю, что расчет осуществляется немедленно, долговые расписки принимаются только в виде исключения, при согласии обеих сторон.
Понтирующие, ставшие полукругом, примялись выкладывать из своих колод карты и надписывать над ними ставки.
— Можете поставить небольшую сумму, если хотите почувствовать игру, — шепнул Крылов.
— А как же грозящая мне опасность? — также шепотом спросил Горчаков.
— Пока — никак. Это они сперва только на вас нацеливались, но теперь подождут итальянца и не будут спешить проявить себя. А потом постараются прихватить вас обоих сразу.
Крылов направился к играющим, по пути взял с маленького столика колоду, распечатал, положил выбранную карту на сукно крапом вверх и надписал мелком возле нее цифру «10». Горчаков остановил выбор на пиковом валете и начертал ту же цифру. Волжин начал метать, и валет лег налево.
— Выиграли с оника! — одобрительно воскликнул Крылов.
— С почином вас, — поклонился банкомет Горчакову.
Карты остальных понтеров оказались справа.
Крылов молча положил на сукно новую карту и загнул угол. Горчаков последовал его примеру.
— Недурно, — сказал Крылов, но уже без излишнего восторга, когда по левую руку от банкомета легла трефовая девятка, на которую ставил Горчаков.
Другие понтеры опять проиграли.
— Вам везет, но это везение требует проверки. Странно, что всем прочим идет чистый баламут, — тихо заметил Крылов и, уже обращаясь к банкомету, сказал: — Пароли-пе.
— Пароли-пе, — повторил за ним Горчаков.
И снова карта князя легла слева.
— Все ясно. — Крылов опустил свою колоду в карман. — Я пропускаю и настоятельно советую вам, Дмитрий Петрович, тоже приостановиться...
Но, пока он это говорил, Горчаков бросил на сукно еще одну карту и приписал к первоначальной цифре ноль: таким образом ставка достигла ста рублей.
— Это уже игра, — оживился Волжин.
Когда талия закончилась, выяснилось, что Горчакову снова выпала удача.
— Поделитесь секретом успеха, князь! — вскричал Визапурский. — Жаль, что правила не позволяют поставить на одну карту вместе с вами.
— Отчего же? возразил Волжин. — Это допустимо. Если князь ничего не имеет против, ты можешь добавить к его ставке свою. Но только торопись: везение скоротечно и князю вряд ли еще долго будет идти карта. От силы две-три талии.
— Разрешите, князь, примкнуть к вашему счастью?
— Сделайте одолжение.
— Я, пожалуй, рискну тысячью. — Визапурский добыл откуда-то из недр сюртука банковый билет.
— Не могу последовать вашему примеру, ибо не располагаю в данный момент такой наличностью.
— К такому человеку, как вы, князь, недоверия быть не может. В случае, если удача обойдет вас стороной, я согласен сделать исключение и удовлетвориться распиской, — веско заметил Волжин.
— Дмитрий Петрович! — отчаянно вздернул брови Крылов. — Вы и так уже выиграли немало.
— Последний раз! — отмахнулся Горчаков.