Свен Нильсен разбудил Прайера в три часа ночи.
— Он позвонил, Дик, — зашептал агент.
Сейчас в комнате висел полумрак. Рони спала, да и остальные предпочли отдохнуть. Сегодня действительно им всем предстоит тяжёлый день.
— Что? — не понял Прайер, с трудом открывая глаза.
— Этот ублюдок позвонил в справочную службу. Он сказал, что представляет службу безопасности УНБ, назвал имя, фамилию, — естественно вымышленные — и попросил удостовериться в том, что билет для Рони Робертс действительно заказан.
— Надеюсь, ему ответили как нужно? — остатки сна слетели с Прайера, как по мановению волшебной палочки.
— Конечно.
— А телефонный номер? Засекли, откуда он звонил?
— Разумеется. Из телефонной будки на углу Линкольн и Калвер-бульвара. Впрочем, там, естественно, никого не оказалось. Хотя эта девушка из аэропорта оттягивала время, как могла.
— Прекрасно, — Ричард потёр руки. — Значит, он всё- таки клюнул. Ну что же, будем считать, что первая стадия операции прошла успешно.
— Да, будем считать, — ответил агент, он помолчал несколько секунд, а затем спросил. — Дик, а ты уверен, что мы всё предусмотрели?
— Всё, насколько это вообще возможно, — ответил Ричард и тут же поинтересовался сам. — Ты волнуешься?
— А ты нет?
— Конечно, ты прав, — Прайер вздохнул. — Чёрт побери, мне бы очень не хотелось подставлять эту девушку.
Свен Нильсен только покачал головой, хотя Прайер этого, конечно, не видел.
— Да, если этот ублюдок в итоге убьет ее, это будет самый кошмарный провал.
Прайер сейчас понимал: независимо от того, останется Рони жива или нет, Скотт, скорее всего, угодит в расставленную ими ловушку. Однако безопасность девушки во многом зависела оттого, верны ли их расчёты, не ошибся ли он в сержанте Скотте, а вернее, в Ти-Джее Хэлуэе. Всё-таки аналитик был прав. Как бы этот тип ни выдавал себя за Скотта, он всё равно не Скотт, а Хэлуэй. Агент не хотел признаваться даже самому себе в том, что уже испытывает по отношению к Рони Робертс чувства, весьма далекие от просто служебного долга.
Ричард выбрался из кресла, прошёл на кухню, попил холодной воды прямо из-под крана и, усевшись за стол, закурил, засунув пятерню себе в шевелюру. Это помогало ему думать.
Свен Нильсен устроился рядом.
— Ты веришь в то, что всё получится? — также шёпотом спросил он.
— Да, — кивнул Прайер. — Верю. Верю, потому что у Хэлуэя нет другого выхода. Он должен будет убить Рони сейчас, даже если и догадывается, что всё это не более чем трюк. Всё равно этот парень никогда не простил бы себе, если бы Рони Робертс всё-таки скрылась. Он же не полетит за ней в Европу. Конечно, ему ничего не стоит достать денег. Со своими способностями унисола Хэлуэй может ограбить инкассаторскую машину или какой-нибудь банк, но ведь это, же не выход. Он даже не знает, куда именно она направляется.
— Ну почему же, знает, — ответил Свен Нильсен. — В Англию.
— Англия вполне может оказаться только перевалочным пунктом, — возразил Прайер. — Скотт понимает, что если бы Рони действительно собиралась бежать, она постаралась бы запутать следы, чтобы её невозможно было найти. У него нет никаких гарантий в том, что потом она не направится, скажем, в Австралию или в Африку.
— Всё так, — заметил Нильсен. — Однако у меня такое ощущение, что мы недооцениваем этого парня.
— Что ты имеешь в виду? — спросил Прайер.
— Только то, что их двое.
— И что из того?
— Не знаю. Просто больше возможностей для маневра. Понимаешь, мы строим все свои планы только на том, что Скотт будет стрелять из снайперской винтовки. А если нет?
— А что бы ты сделал на его месте? — вопросом на вопрос ответил Прайер.
— Не знаю. Но ведь если он не дурак, то прекрасно понимает, что мы ждём этого выстрела. А он не дурак. Наверняка Хэлуэй знает, что мы наводили о нём справки. Уж если он сумел обвести вокруг пальца полицию трёх штатов, нас, ФБР, то у него хватит ума самому не лезть в петлю. Смотри, в операции возле «Сандл вудс» было задействовано несколько сотен человек. И что толку?