Он стал прикидывать, каким арсеналом средств они располагают. Снайперская винтовка, пара «хеклеров» и два пистолета. С «пустынными орлами» дело обстояло проще. У них имелось восемь запасных обойм. С автоматами было похуже: всего два полупустых рожка и три полных. Патронов же для винтовки осталось всего семь штук. Семь выстрелов он может сделать. Впрочем, пуле всё равно, кто перед ней: ви-си, янки или ещё кто-то. Один-единственный тринадцатиграммовый кусок свинца может разнести башку любому на расстоянии трёхсот метров.
Скотт опустил руку и огладил ложе винтовки, лежавшей рядом с ним на полу. Кто бы знал, чего ему стоило спасти
оружие, когда они оба, задыхающиеся от пыли и жары, валялись на этом чёртовом техническом этаже под трубами горячей воды. Сколько им пришлось ждать ради того, чтобы невредимыми уйти из этого чёртова дома.
Он вновь усмехнулся. Но важно не это. Важно то, что они живы и готовы до конца выполнить свою задачу.
Сержант продолжал лежать абсолютно неподвижно. Он знал, что его напарник тоже не спит. Унисолы не нуждались в сие, но необходимо было беречь силы. Каждое движение сжигало какую-то часть даваемой льдом энергии. И в данный момент Скотт старался расходовать её экономно. Он просто лежал. Лежал и строил в голове план на завтра.
Единственное, о чем он жалел, что не было часов. Но в любом случае, у них в запасе время до трёх или даже до четырёх утра. Вряд ли эта вьетконговская сука решит ехать раньше. Хотя бы потому, что в темноте её проще убить. В темноте все её телохранители более беспомощны. Скорее всего, они выберут светлое время суток. Впрочем, когда на улице станет потише, ему нужно будет спуститься вниз, позвонить в аэропорт и узнать расписание ближайших рейсов на Европу. И только потом они смогут двинуться к этому чёртову дому на Атлантик-авеню. Найти его наверняка будет несложно. Ведь им даже известен номер. Сто семнадцать.
Скотт улыбнулся в темноте. Завтра Рони Робертс будет ждать приятный сюрприз.
— Он наверняка не станет стрелять в голову, — рассуждал Прайер.
Рядом с ним сидели ещё четверо агентов УНБ. Рони дремала в кресле напротив телевизора. Она так и уснула, наблюдая за героями какого-то кинофильма. Впрочем, его сюжет Прайера мало интересовал. Он сейчас думал о другом.
— Голова — самая подвижная часть человеческого тела. Скотт понимает, что Рони наверняка будет оглядываться, поэтому он предпочтёт стрелять в тело. Разумеется, оденем на неё бронежилет, также, как и на тех, кому придётся идти с ней рядом от подъезда до машины. Здесь примерно семь метров. Фостер сказал, что Хэлуэй неплохой стрелок, значит он наверняка решит стрелять либо в шею, либо в плечо. Так, чтобы пуля через пройму в бронежилете вошла в грудь. Скорее всего, он либо расположится на одном из зданий, не далее чем в паре кварталов отсюда, либо будет встречать её в аэропорту. Значит, мы берём две машины в качестве эскорта и они сопровождают «линкольн» до самого аэропорта. Плюс к этому, мы поместим одного агента в метеобашню. В его задачу будет входить наблюдение за крышей аэропорта. Скотт наверняка откроет огонь либо здесь, пока Рони будет идти до машины, либо в аэропорту, когда она будет идти от машины до терминала. Или на трапе при посадке в самолёт. Это сложный выстрел, но вполне осуществимый. Он, разумеется, понимает, что на летном поле выстрелить в неё со стопроцентной вероятностью будет сложно. Значит, надо блокировать все окна, выходящие на лётное поле. Туалеты, служебные помещения, ну и прочее.
— А если он все же решит стрелять ей в голову? — предположил Бернард Страхан.
Прайер посмотрел на него.
— Слишком рискованно, хотя всё может быть. Значит, нам надо сделать так, чтобы он не имел этой возможности. Теперь, проверяем маршрут. Мы выезжаем на Редонда-бич, по ней до Сеппелвейда-бульвара и там сворачиваем на подъездную дорогу к аэропорту. Одна машина идёт впереди, вторая сзади. Что ещё? — Прайер задумался.
Он чувствовал дикую усталость. За эти три дня они умудрились провернуть такую кучу дел, за которую мог взяться только сумасшедший. Например, такой, как сержант Скотт. Агент едва заметно улыбнулся. Он рассматривал лежащую на столе карту Лос-Анджелеса, на которой выделялась красная черта — маршрут до Международного аэропорта Лос-Анджелеса.
На всякий случай жалюзи на окнах квартиры были опущены. Прайер вовсе не хотел, чтобы Скотт начал стрелять раньше, чем предусматривается их планом, который, надо сказать, и так выглядел чересчур натянутым. В нём было много белых пятен, которые просто невозможно предусмотреть. По крайней мере, не имея никакой информации о местонахождении Скотта, и о его физическом состоянии.
— По всему маршруту нужно выставить посты, на всех крышах должны быть размещены снайперы, связь между которыми осуществляется напрямую. Так же необходимо разместить наблюдателей, которые координировали бы движение машин.
— Все уже сделано, — заметил Страхан.
— Хорошо. А как насчёт Монтаны?
Еще один парень, — Дэвид Дитсон — рослый, стриженый наголо бугай, с плечами, шириной с футбольные ворота, ухмыльнулся.
— Всё нормально. Эти киношники, хотя и большие мудаки, но порой вызывают восхищение своей работой. Никогда не думал, что они способны провернуть такой объём работы за столь короткое время.
— Прекрасно.
— Мы разместили в каждом терминале по шесть постов, — продолжал Дитсон. — Все на расстоянии прямой видимости. Если Скотт появится там, мы, возможно, сумеем схватить его ещё до того, как он начнёт стрелять. Может быть, и вообще обойдёмся без пальбы.
Прайер взглянул на него, а затем придвинул к себе план- схему аэропорта и начал изучать его.
— Чёрт, — сказал он. — Кстати, как телефонные звонки в справочную службу аэропорта?
— Мы прослушиваем их и пропускаем через компьютер, — ответил Свен Нильсен, тот самый парень, которому водитель такси чуть не разбил голову в мотеле «Шестерка». — К сожалению, у нас нет образцов голоса Хэлуэя. А ты уверен, что он позвонит? — Нильсен хмыкнул.
— Он должен позвонить. Ему надо знать хотя бы примерное время вылета.
— Сейчас мы контролируем подъезды к аэропорту и автостоянку. Служба безопасности аэропорта получила задание осматривать пассажиров в терминалах и на автостоянках. Вполне возможно, Скотт заявится туда гораздо раньше, — вновь вступил в разговор Дэвид Дитсон. — Это максимум того, что мы можем сделать для мисс Робертс.
Прайер разогнал рукой сигаретный дым.
— О’кей, — наконец сказал он. — Будем рассчитывать на завтрашний день.
Шестое сентября, среда.